Богиня в спортивном костюме

но если вдруг будет скучно, звони. Я тебя утешу.

- В руку мне лег тяжелый сверток, и я сразу поняла, что это. Ну, конечно, Лев, как и все подонки просто решил откупиться от меня. Щеки загорелись, от брызнувших из глаз слез. Так он знал, что я беременна, и сразу понял, что ребенок его. Для него это не деньги, тот здоровый брикет, что жжет мне сейчас руку.

- Это отступные,- пояснил мужчина,- ты же будешь хорошей девочкой, и не побеспокоишь делового человека, кичась своим выродком?

- Этого не надо,- я разжала руку.

Пакет упал к ногам, рассыпав веером крупные купюры. – Я не хочу иметь ничего общего со Львом Смеловым. Даже слышать о нем больше не желаю. Мой ребенок никогда не узнает, кто его биологический отец,- автоматическим голосом произнесла я.

- Вот и умница,- хмыкнул мой мучитель,- а деньги, я бы взял. Детям столько всего надо. Я вот как папой стал, не замечаю, куда бабосы улетают. Как в трубу,- голосом доброго дядюшки принялся увещевать мужчина,- может подвезти, все – таки.

Тяжело с животиком мызгать по улицам. Да и автобус не самый подходящий транспорт для будущих мам.

- Ничего, я справлюсь,- выдохнула я, вместе с облачком пара.

- Ну, была бы честь предложена,- хохотнул приятель Льва, усаживаясь в теплое нутро металлического монстра.

Я уставилась на удаляющиеся габариты автомобиля, и бездумно побрела по дороге. В груди образовалась такая пустота, что хотелось выть. Вот дура, на что я рассчитывала. Лев просто играл со мной, как кот с глупой мышкой.

Домой я ввалилась в коматозном состоянии. Просто, чуть живая. Сбросила идиотские, стягивающие ноги, как кандалы, кроссовки, и стараясь не шуметь, поплелась на цыпочках в свою комнату. Мать видеть сейчас мне не хотелось. Да и в принципе никого.

- Явилась? - мамуля материализовалась передо мной из ниоткуда.- В кухню зайди, я тебе сюрприз приготовила.

- Мам, давай не сейчас, а? – попыталась отмазаться я от матушкиной стряпни, вспомнив жуткую вкуснятину, которой она потчевала меня в детстве, пока не сбагрила на плечи Люси.

Разваренная в лохмотья курица, вывалянная в пшенке, вставшая моментально перед глазами, вызвала во мне приступ тошноты.

- Да иди, не бойся. Я не готовила,- словно прочтя мысли, явно написанные на моей физиономии, хохотнула Мира. – Там другое.

- Мира, ты за чем пугаешь девочку? Ей нельзя нервничать.- Люся. Моя Люся вернулась. Я ломанулась вперед, рискуя сломать себе шею. Тетя сидела на стуле.