Богиня в спортивном костюме

В общем, Леська, у каждого своя правда. А теперь иди спи, тебе к гинекологу завтра. Люська велела купить контейнеры для анализов. Они в ванной в шкафчике. А я пока тут подмету, что ли немного.

- Куда ты дела мою мать? И кто ты такая? –ошарашенно спросила я, не в силах справиться с офонарением, иначе мое состояние никак было не назвать.

- Да, ты еще тупее меня,- хмыкнула Мира, подхватив со стола бокал с вином, которое в нашем с Люсей доме под запретом. Ну точно, она просто пьяна, потому не похожа на себя,- иди спи, деточка.

Ребенку нужна здоровая мать. Хотя, у тебя же всегда есть Люся. Сбагришь ей спиногрыза. И тебе хорошо, и Люське,- снова превращаясь в себя рассмеялась мать – кукушка.

Утро оказалось безрадостным, а точнее сказать отвратительным. Во первых я почти всю ночь носилась в туалет. Видимо мой мочевой пузырь перестал быть моей собственностью, и этот маленький мерзавец теперь развлекается, заставляя свою мамашу совершать променады до уголка задумчивости с интервалом в час.

- Весь в своего придурочного папашу, такой же нахальный, - пробубнила я, в очередной раз сползая с кровати, но стоило мне принять вертикальное положение, на меня напала тошнота. Пошатываясь я добрела до туалета, спустила штаны, уж простите и тупо уставилась на трусики, почему то вымазанные кровью. Моей кровью. Так же ведь не должно быть? Правда?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Мама! - заорала я во всю мощь своих легких.

Странно, раньше я считала, что родительница это последний человек, к которому я обращусь в случае проблем. Теперь понимаю радистку Кэт, хотя в детстве, когда Люся познакомила меня с шедеврой кинематографа, считала тетку умалишенной. Надо же такой дурой быть, чтобы в фашистском логове по русски заговорить. Тоже мне разведчица. Ну да, мне сейчас только об этом думать. конечно.

- Ну, чего орешь? – подала недовольный голос из – за двери Мира, спустя десять минут, за которые я вполне могла бы уже откинуть тапки.

Все это время я тупо смотрела в стену умирая от страха. Оказывается я так боюсь потерять то, от чего всего неделю назад сама хотела избавиться. Я уже не представляла, что моего малыша может не быть. И так хотела целовать маленькие пальчики, и вдыхать младенческий аромат. И коляски хочу, и ночи бессонные. Неужели ничего не будет?

- Леська, открой, ну же,- заколотилась в закрытую дверь мать, уже не скрывая тревоги в голосе.