— Ты хочешь всего этого? — внезапно севшим голосом, хрипло произнес он, — ты это получишь, но не говори, что я не предупреждал…
И я действительно умоляла…
* * *Одурманенная, смертельно уставшая, полная сладким блаженством до краев, раскинув руки в разные стороны, я лежу на кровати и тяжело дышу. Я забыла, как разговаривать и думать, кожа превратилась в один сплошной оголенный нерв, вибрирующий и трепещущий. Это больше чем «плотская любовь», озвученная Посланником. Я даже не могу подобрать таких слов, чтобы описать весь этот водоворот разнообразных эмоций, которые меня переполняют.
Кажется, сейчас я разлечусь на миллионы осколков по всему миру, взорвусь сверхновой звездой, рассеюсь на атомы и перестану существовать как человек. Я потрясена и немного испугана этим переполняющим меня счастьем.
Грант еще ласкает меня короткими скользящими поцелуями, медленно проводит горячей ладонью сверху вниз, как собственник, очерчивая изгибы и впадинки моего тела. Я могла бы возмутиться его самодовольством, но у меня нет сил…
— Знаешь, чего я хочу больше всего на свете? — хрипло говорит Грант, повернувшись ко мне и опираясь на локоть…
— Кроме меня? — смогла я сыронизировать и даже немного приподняться… Грант без улыбки пристально смотрит мне в глаза, и я понимаю, что он серьезен, как никогда…
— Я хочу стать обычным человеком… Прожить с тобой простую человеческую жизнь.
Я хочу, чтобы ты готовила мне завтрак. А вечером, когда я приходил бы с работы, или с фермы, с поля, ты встречала меня поцелуем у двери… Я хочу, чтобы ты родила мне детей, и мы ссорились, воспитывая их… — мои глаза вдруг непроизвольно стали наполняться слезами.
Я смотрела на сосредоточенного мужчину, и что-то горячее и тревожное разрасталось внутри…
— Я хочу нянчить с тобой внуков, — шептал Грант, — состариться вместе, и чтобы мы вечерами сидели в кресле-качалке и вспоминали наши многочисленные годы вместе… Я хочу целовать твое морщинистое лицо и любить тебя в старости… Я хочу умереть с тобой в один день и, обнявшись пойти в вечность… Вместе…
— Может быть, — говорю я сквозь слезы, — мы сможем когда-нибудь это сделать… В другой жизни, после этих десяти тысяч лет… Если мы справимся с работой, нам же дадут возможность выбирать наш дальнейший путь?.
.
— Может быть, — эхом отвечает Грант и нежно целует мое лицо… — и тогда я бы опять выбрал тебя…
Я, уже не сдерживаясь, рыдаю… Так меня растрогали его слова… Как самая обычная земная женщина… Некрасиво прерывисто всхлипываю и размазываю слезы по лицу.
