Теперь все остальные преследователи видят в первом автомобиле колонны наш микроавтобус. И… — потянулся и продолжил: — куда бы жандармы не ехали теперь, впереди них всегда будет моя иллюзия. Ну а нас временно прикрыл другой иллюзией, которая ещё немного продержалась после нашего поворота. Поэтому они и не заметили, что мы свернули. У первой машины я ещё сломал тормоза, так что они продолжат ехать вперёд, а остальные за ними, пока не поймут, что преследуют своих же.
— Теперь эти дебилы будут целую вечность гоняться за своим хвостом! Тим, ты просто лучший! — звонко рассмеялась София.
— Это просто немыслимо… — находясь в ступоре, бормотал профессор. — Постой…. Я слышал, кто-то создал иллюзию самого Бога Танталоса прямо в храме. И сделал это так достоверно, что даже священники поверили. Только не говори мне, что это тоже твоя работа?!
Сапожников сбавил скорость и полностью переключил внимание на меня.
— Не понимаю, о чём вы говорите… — пожал я плечами. — Лучше давите на газ. Вдруг они очухаются быстрее, чем я думаю.
— Я была там и всё видела. Шикарное зрелище, — усмехнулась София, вставив свои пять копеек, чем подтвердила мою причастность.
— Гений, невероятный гений! — профессор, отпустил одну руку и схватился за голову.
Мари тоже была ошарашена, но не столь сильно, как её отец. Скорее всего, она немного разбирается в формациях и хотя бы примерно понимает, что я сделал.
Посмотрел на маршрут. Наше отклонение увеличило его на пять минут. Сирен не слышно. Можно выдохнуть. Получилось…
* * *
Профессор Сапожников во время погони
В тот момент, когда жандармы начали погоню, Михаил Сапожников корил себя за то, что решил помочь по сути едва знакомым людям.
Но он дал своё слово Тимофею и хотел его сдержать несмотря ни на что, потому что аристократы не бросаются обещаниями. Тем более профессора. Это ниже его достоинства.
Ещё в аукционном доме Михаил увидел невероятную формацию, заключённую в табличке ужасного качества. И когда этот высокий парень с волевым взглядом заявил, что он создатель той формации, Сапожников сначала не воспринял всерьёз его слова.
Но Тимофей доказал это, объяснив то, с чем бился профессор не один год. То, что остальные просто не могли знать.
И сейчас, когда своими глазами увидел, что парень создал столь достоверную формацию иллюзий, он пребывал в полнейшем шоке. Ведь тех, кто способен на подобное, во всём мире можно пересчитать по пальцам обеих рук. И при этом эти мастера уж точно не подростки ранга Неофит.
