Бой не вечен

В помещении внезапно объявился огромный ворон и бросился на сокола, отогнав его от своего хозяина.

– Берегись! – раздался пронзительный тонкий крик Марии.

Асламов вздрогнул, сделал почему-то лишний шаг, и рука Крутова, копьем вытянутая вперед, пробила его грудную клетку, ребра и сердце. Отшатнувшись, бывший Витязь зажал руками страшную рану, глянул на Егора затуманившимися глазами, на губах его появилась струйка крови. Улыбнувшись странной довольной улыбкой, он проговорил:

Асламов мягко осел на пол рядом с Георгием и затих, глядя куда-то вверх, в безмерную даль.

Закончилась и битва птиц: сокол сделал пируэт, молнией нырнул сверху на ворона, ударил его в крыло, сбил на пол, взлетел, чтобы снова спикировать сверху, но ворон внезапно превратился в облачко дыма и исчез.

К Егору подбежали женщины, обняли его с двух сторон, он закинул им руки на плечи, испачкав обоих в крови. Сказал глухо:

– Он подставился нарочно…

– Егорша! – со стоном всхлипнула Лиза.

Крутов очнулся, прижал ее к себе покрепче, хотел сказать что-нибудь утешительное, что пора уносить ноги, и в это время в лабораторию вернулись старые персонажи драмы, Гланц и Авогеин, в окружении отряда «леди».

Глаза Авогеина вспыхнули. Мария вздрогнула, бледнея. Пси-удар конунга был физически ощутим, он потряс весь организм, сбил дыхание и остановил сердце женщины, и лишь воля помогла Марии удержаться на грани сознания.

Авогеин покосился на невозмутимого Гланца.

– Что я вам говорил, Уильям? Никогда не надо оставлять недоделанные дела.

– Уводи Лизу! – шепнул он уголком губ на ухо Марии. – Я их отвлеку!

– Мы с тобой, – ответила ведунья так же тихо. – Обопрись на нас…

Крутов почувствовал приток сил – по лаборатории словно прошумел свежий ветерок с запахом лугов и полей, – стал неотъемлемой частью космоса обоих женщин и направил волю и тело в черную клубящуюся тьму «пси-медуз» конунгов.

Описать этот бой-полет-вихрь невозможно.

Однако и после этого Крутов остановился лишь на несколько мгновений, пока Мария и Лиза снимали с него «плиту» и осветляли сознание, затем снова пошел в атаку, и неизвестно, выдержал бы ее координатор американского Проекта или нет, если бы не появление среди без толку метавшихся охранниц новых действующих лиц, Барановского, Валягина и чернобородого незнакомца в блестящем костюме циркового гимнаста.