Бой не вечен

Помятый во время показательного боя с богатырем Сладиады – у Ираклия болело все, что только могло болеть, – он искупался в речке Сундвик и в сопровождении оживленной Марии отправился на встречу с будущими оперативниками своей команды, которых пообещала ему представить Мария.

К его удивлению, одним из этих оперативников оказался недавний соперник, чемпион Сладиады по спасу Глеб Квасура, изрядно намявший Ираклию бока. На борцовой поляне он был ураган и лютый зверь, в общении же оказался простым, обаятельным, застенчивым увальнем, не любившим длинных речей и умных рассуждений.

Однако парень был хорошим актером, прошедшим неплохую жизненную школу, побывавшим в свое время даже в Югославии во время натовской агрессии. Что он там делал, Ираклий выяснять пока не стал, достаточно было знать, что Квасура – отличный боец и думающий человек, из которого можно было вылепить неплохого контрразведчика.

Второй кандидат в отряд Федотова по имени Владимир Бирюк был постарше, а скорее всего – ровесник самого Ираклия.

Он прошел огни и воды, воевал в Чечне, а также в Ираке, что Федотова удивило, так как, по его сведениям, в Ираке не принимали участие в войне со Штатами даже российские советники, на что Бирюк ответил:

– Я обслуживал станцию электронной разведки, работающую на спутник.

– Чей? – не понял Ираклий.

– Наш, отечественный, – ухмыльнулся усатый и бородатый Владимир, отчего его угрюмоватое лицо с вислым носом стало озорным и лукавым. – Станцию американцы раздолбали на второй день войны, пришлось выходить оттуда через пустыню, отбиваясь и от американцев, и от иракезов.

– Разве станция работала не на иракцев?

– Не-а, иракезы тоже не знали, чем мы занимались.

– Так ты во внешней разведке служил? – догадался Ираклий.

– Подразделение РТР-С1 «Сова».

– Значит, тебя демобилизовали после Ирака?

– Американцы, считай, и демобилизовали, сбросив на объект аж три бомбы. Я один только и вернулся домой… где меня совсем не ждали. Пришлось побегать от своих же, свидетелем я стал, опасным для высших командиров.

Так и бегал по Расее, пока не разыграл спектакль с автокатастрофой. Имя сменил, фамилию.

– Понятно. Знаешь, во имя чего и против кого нам придется работать?

– Державу спасать будем, – снова ухмыльнулся Бирюк, на дне светло-серых прозрачных глаз которого пряталась странная печаль.

Ираклий отпустил обоих кандидатов, договорившись встретиться с ними в Новгороде, и отправился на поиски Марии, оставившей его на время переговоров одного.