#Бояръ-Аниме. Газлайтер. Том 11 (СИ)

— Меня устраивает звание — лучшего торгового партнера Заиписа, — хмыкаю.

Мы снова поднимаемся, но уже по другой лестнице. Основное здание крепости соединено со стенами крытыми подвесными переходами, вот к одному из таких и двигаемся. На первом лестничном пролете Ломтик вдруг прыгает на плечо Гумалина и жалобно скулит, кивая наверх. Если прислушаться, то оттуда доносится гогот и писклявое мяуканье.

«Пойдемте глянем» — передаю я мысленную команду своим людям.

Поднимаемся наверх и становимся свидетелями грязного живодерства.

Трое ханьцев со смехом издеваются над рыжим котенком. Они по очереди подцепляют носками сапог маленькую тушку и кидают друг другу через всю узкую площадку, словно бы играя им в футбол. Больнее смотреть только в глаза сострадающего Ломтика.

Гумалин с Дасаром хмурятся. Я же, игнорируя мерзкий гогот ханьцев, быстро сканирую коридоры вокруг. На этом участке стены больше не души. Эти же выродки явно не на посту — от них разит спиртным на километр, да и погоны со звездами, пускай и не велико звание.

Какие-то старшины, которым не сидится в своих комнатах.

Удивительно, но есть и хорошая новость. Теперь очевидно, что Турий Рог захватили настоящие садисты. А с точки зрения морали таких убивать намного легче.

Я швыряю пси-нож в голову ближайшему ханьцу. Рисоед как раз занес ботинок, чтобы снова пнуть котенка, но вместо этого сваливается на пол с синим конструктов, торчащим из виска. Дерьмовые щиты не выдержали нагрузки псионики, и он сдох.

Другие ханьцы тут же хватаются за свисающие на ремнях карабины.

Но им тоже прилетают по подарку от телепата. Правда, эти гниды не умирают, но оно и к лучшему. Первого я просто вырубаю пинком в челюсть, а второго пронзаю тысячами игл — пускай помучается. Иглы ненастоящие, они существуют только в сознании ханьца, но его нервным окончаниями от этого не легче. Не забываю и залепить ханьцу рот полоской Тьмы, иначе визгу было бы на всю крепость. Мозг чинка воспринимает боль как реальную и не выдерживает, и вот уже через ноздри отключившегося ханьца текут ручейки крови. Умер как ничтожество.

Давненько я так не газлайтил, чтобы прям насмерть. А всё потому что меня со школы так не злили. Война войной, но кису-то зачем мучить?

Нагнувшись, осторожно беру на руки разбитый комок шерсти.

— Тяв-тяв, — плачет сострадательный Ломтик на плече казида.

А плакать есть от чего. Котенок живой, но весь переломан. Бедняга. Каменный гипс не наложить, животным он противопоказан.