Боярич

А по другую сторону стола и соответственно по правую руку от деда устроился мой братец Леша. Тоже двоюродный… Да только ни ума сестер, ни отцовской харизмы в нем нет вообще. Он – грубая сила, давно и прочно оседланная близняшками, как казалось Кириллу, и я склонен с ним согласиться. Пока, по крайней мере. Коренастый, ширококостный, русый, эдакий шкафчик… дубовый, ага.

Ну и я, стало быть, шестой в этой дружной компании.

– Добрый день, – отвешиваю сидящим за столом короткий полупоклон…

– Здравствуй, здравствуй, внук.

 – Дед – единственный, кто ответил на мое приветствие вслух, остальные отделались короткими небрежными кивками. А старый даже улыбнулся так слегка… и смотрит вроде как благожелательно, но… черт его знает, что он на самом деле думает. – Садись за стол, не заставляй ждать.

Обед прошел в молчании. Даже банального «передайте соль/хлеб/парабеллум…» и то не было. А вот за чаем начались разговоры. Правда, все мимо меня. Вроде как и нет здесь некоего Кирилла Громова.

Только дед посасывает трубку да посматривает сквозь дымные облачка с эдаким любопытством… Надоело.

Поднимаюсь из-за стола, коротко киваю и, пока никто не возмутился – ну как же! вперед старших лезет! – молча покидаю «высокое собрание». Выхожу из столовой, аккуратно прикрыв за собой дверь, и краем глаза замечаю за окном расхаживающего по веранде охранника с сигаретой в зубах. Наверное, только что со смены.

Кирилл не курит, а вот я… мозг тут же начинает сучить лапками и требует «соску».

Да черт с тобой! Решительно открываю высокое «французское» окно.

– Коля, сигареткой угости, а?

Охранник удивленно хлопает глазами и на автомате протягивает початую разноцветную пачку фабрики неких братьев Румянцевых.

– Спасибо. Я всю возьму?

Николай явно собирается что-то возразить, но пачка уже скрывается в кармане брюк, а одна из сигарет оказывается во рту.

А теперь попробую повторить тот фокус, что тренировал Кирилл незадолго до своей последней и такой неудачной для него полевой практики с родственниками.

Коротким энергичным усилием разогреваю воздух у кончика сигареты, секунда, другая – и папиросная бумага вспыхивает, а следом за ней начинает тлеть и табак. Получилось… Брови Николая ползут вверх. Ну да, слабосильный новик, оперирующий Огнем, по определению доступным стихийникам лишь с уровня воя, вне зависимости от наследной склонности к стихиям, это ведь нонсенс, не так ли? А вот хрен вам.