Боярич

Нет, хочу подать документы на досрочное получение сертификата о полном среднем образовании.

– Спросишь у секретаря, – скрипнув зубами, прошипел мой собеседник и мотнул головой в сторону двери. – Выметайся.

– С превеликим удовольствием, – улыбнулся я и, махнув рукой вновь начавшему закипать директору, вышел из его кабинета.

Вот так. И здесь жмет… гад. Ладно, выгребем. Недолго осталось этому уроду портить мне жизнь. А с того света он точно не нагадит…

Бросив случайный взгляд на вжавшуюся в кресло «цербершу», я опомнился и, притушив эмоции, стер с лица предвкушающую улыбку.

В ответ на вежливую просьбу секретарь нервно кивнула, и через минуту на мой браслет упали контактные данные ГОСа. И это правильно. Негоже оставаться без образования только потому, что кто-то… не будем показывать пальцем, решил, что юному Кириллу Николаеву таковое вовсе ни к чему. Но этим можно будет заняться и чуть позже. А пока… Хм. Если я правильно понимаю, идти на занятия мне совершенно ни к чему, а значит, у меня совершенно неожиданно появилась куча свободного времени…

В тот момент, когда Екатерина Фоминишна должна была найти у себя на столе шикарный букет цветов с небольшой запиской от одного бывшего ученика Гимназии имени равноапостольного князя Владимира, я, чудом отделавшись от непонятно почему приставшего ко мне, словно банный лист, Николая – охранника и бессменного водителя близняшек, дожидавшегося их у школы, – расстрелял громовского бойца на очередную пачку сигарет и, оседлав «Лисенка», рванул в Часцы, где расположился полигон Московского легкого бронеходного полка.

Черта бы с два меня, конечно, кто-то пустил сюда без предварительной договоренности, но, к счастью, Вердт находился здесь, вместе с вверенным ему подразделением, а потому, едва Рыжий замер на небольшой стоянке перед КПП, как Вячеслав поднырнул под полосатый шлагбаум и, буквально стащив меня с седла мотоцикла, радостно облапил.

– Ей-ей, Слава! Я не твоя дама, незачем меня так приветствовать! – вывернувшись из рук улыбающегося гвардейца, проворчал я.

Тот на миг опешил, но потом до него дошел смысл моих слов…

– Тьфу на тебя, дитя порока! – хохотнул Вердт. – Я просто рад тебя видеть. Ты себе не представляешь, насколько удачно складываются обстоятельства! Помнишь разговор о моих однополчанах, любителях стрельбы? Так вот. Сегодня весь полк на полигоне. До часа дня отработаем «обязаловку» для проверяющих, а потом… Солдат в казармы, а у офицеров свободный день.