Боярич

 – Что же до техник… Мне еще Николай объяснял, что не достигший своего потолка стихийник применять их не сможет.

– Что? Он что, меня надуть решил?! – Ого, как дедушка-то взбеленился… И никого я не обманывал. Сроков, когда сестры освоят тонкую работу с Эфиром, мы не оговаривали. А теорию и комплексы для развития я им за год-другой поставил бы… аккурат к полному их совершеннолетию. Остальное – не мои проблемы.

– Ну, а ты на что рассчитывал? – негромко рассмеялся Федор Георгиевич. – Издевался над мальчишкой, как хотел, и считаешь, что он не спрятал камень за пазухой?

– Вспомнил… – голос наследника похолодел.

 – Раньше об этом думать надо было. Когда изгнанием родному внуку грозил да внучек на подлости подзуживал. А теперь поздно. Для него родня уже хуже врагов. В общем, так… Младшей ветви не будет. Документы об эмансипации я, как временный глава рода, подпишу сегодня же. А девочки… Договоримся. Очень надеюсь, что он вразумит этих идиоток.

Свобода… Сладкое слово. Да только вместе с ней приходят и неурядицы.

В моем случае они оказались довольно приземленными, и описать их можно тремя словами: жилье, транспорт, гимназия. И дело вовсе не в деньгах. Папка, предоставленная мне душеприказчиком матери, оказалась еще той золотой шкатулкой. Нет, никаких миллионов в ней не было. Зато нашлись неучтенные в моих предыдущих расчетах документы на маленький домик в Москве и на открытый при моем рождении накопительный счет, который вскоре должен превратиться в обычный вклад с приятной глазу суммой в семьдесят четыре тысячи рублей, правда, точное количество средств я узнал лишь в банке. В документах была отражена только сумма первоначального вклада.

Дом оказался маленьким двухэтажным особнячком в одном из переулков Замоскворечья, на первом этаже которого расположилось крохотное кафе, а на втором небольшая квартира, в которой проживает хозяин этого заведения общепита и соответственно мой арендатор, чьими стараниями мой счет пополняется на четыре тысячи рублей ежегодно.

А значит, в качестве места моего собственного проживания сие здание никак не подходит. Доход важнее. Найти же что-то подходящее – за оставшиеся три недели задача почти нереальная.

Вторая проблема – транспорт. Я совершенно спокойно отношусь к метро, автобусам, трамваям и прочим троллейбусам, но… гимназия находится на северо-востоке Москвы, в центре довольно большого анклава, так называемого «боярского городка», и общественного транспорта в нем попросту нет.