Боярич

 – А в доказательство – в первый же день после выписки спеленал этих будущих гридней, вместе с Лешкой, и подвесил их за руки и за ноги в подвале имения… Вроде сработало. А теперь, госпожа Елизавета, мастер-евгеник дома Филипповых-Посадских, дорогая моя ученица, позволь задать тебе один вопрос…

Температура в спальне опустилась явно ниже нуля, поскольку вырывавшийся изо рта застывшего на пороге Кирилла пар тут же оседал на его бровях и волосах изморозью. Девушки инстинктивно сбились в плотную группку и подались назад.

Ольга попыталась почувствовать нареченного, но тот вновь наглухо закрылся и словно превратился в бездушную ледяную статую.

– Кто. Позволил. Тебе. Лезть. В мои. Дела.

– Я… просто… мне… – Лиза беспомощно оглянулась по сторонам и, только почувствовав на плече руку Ольги, чуть воспрянула духом.

– Кирилл… – Оля сильнее сжала ладонь, даря подруге поддержку, и попыталась за нее вступиться, но молодой человек остановил ее одним жестом.

– Подожди, милая. – И вновь холодный взгляд воткнулся в нервно покусывающую губы Лизу: – Дом Филипповых ищет войны? Сейчас?

– Нет! – резко побледневшая, Елизавета встрепенулась.

 – Это… это моя инициатива!

– Ты ищешь войны? – в глазах Кирилла проскользнуло неподдельное удивление.

– Да нет же! – с ощутимой болью в голосе чуть ли не прокричала она. – Я только хотела выяснить… объяснить…

– Стоп. – Кирилл глубоко вздохнул и, заметив, что девушки уже начинают дрожать от холода, одним коротким жестом вернул температуру в комнате к норме. Помолчал, глядя куда-то в сторону, и договорил: – Соберись с мыслями, успокойся, потом все дружно приводите себя в порядок и выходите в гостиную.

Обед готов. О… делах будем говорить после. И, Лиза… я очень надеюсь, что ты сможешь объясниться. Не хотелось бы устраивать свару с твоей замечательной бабушкой, особенно в такое время… Мы поняли друг друга?

– Да, учитель. Я все объясню, – тихо ответила Елизавета.

– Вот и договорились.

Кирилл смерил девушек взглядом и, хмыкнув, исчез за дверью.

– Чтобы я… еще раз… да ни в жизнь, – охрипшим голосом выдала Лина, ощутив, как комната вновь наполняется живительным ощущением силы, привычным одаренным, как воздух, и столь же незаметным… пока его не откачают, как это и проделал Кирилл.

Девушки переглянулись и, согласно кивнув, принялись приводить себя в порядок. Молча. И лишь когда поняли, что вполне готовы к «выходу в свет», Лиза прервала молчание.

– У нас в доме хранятся записи… старые. Еще времен Василия Темного.