Боярин

Жалобно звякнуло серебро об пол, и в огне очага зашипели капли дорогого хиосского вина.

Осторожно ступая тонкими стройными ногами по горной тропе, каганов конь с бережностью нес седока. Иосиф подремывал, покачиваясь в седле. Он не боялся упасть на землю. Каган доверял своему коню, ведь должен же он был хоть кому-нибудь доверять.

Но внезапно копыта коня заскользили по гладким камням, и это вырвало Иосифа из дремы. Каган подобрал повод и оглянулся на Давида:

– Здесь, рядом, – поспешно ответил телохранитель.

 – За тем валуном, – указал он рукой, – тропа вниз пойдет, а там река.

Давид не соврал. Вскоре показался широкий уступ, ступенями спускавшийся к быстрой и шумной горной речушке. На берегу мутного потока охотники спешно готовили охотничий лагерь. Ставили палатки, натягивали небольшой шелковый шатер, торопились, чтобы успеть к приезду кагана. Посреди лагеря горел костер. Над костром, на длинном вертеле, жарилась баранья туша. Вокруг нее суетился дородный кухарь. Он проворачивал вертел, подрумянивая баранину, изредка острым ножом срезал тонкие ломтики мяса, отправлял их в рот и довольно цокал языком.

– Ну, вот… – проворчал Иосиф. – Еще дичины не добыли, а уже жарят.

– Так ведь с дороги подкрепиться не помешает, – Давид отогнал назойливую муху, норовившую усесться на взмокший лоб. – И потом, охота только завтра…

– А это кто таков? – каган на кухаря пальцем показал.

– Из местных он, – ответил телохранитель.

– Нет, – покачал головой Давид.

 – Для него мы знать столичная, поохотиться приехали.

Взглянул Иосиф на воина одобрительно, а потом спросил:

– Очень любит свою дочь. Одна она у него. Вся семья прошлым летом от оспы вымерла, только дочка младшая и осталась, вот он над ней и трясется, – улыбнулся Давид, – а девчонка у нас в заложницах. – Потом смутился и добавил: – Была у нас.

– Что значит «была»?

– Красивая больно оказалась… вот ребята и не утерпели…

– Никто и не ожидал, что она так перепугается, – Давид пожал плечами.

 – Падучая у нее случилась, билась в судороге так, что затылок об пол размозжила. Растерялись ребята, она и сдохла…

– Он знает? – кивнул Иосиф на кухаря.

– Нет, конечно, – снова пожал плечами телохранитель. – Зачем ему зря беспокоиться?

– Это хорошо, – кивнул каган.

В становище заметили всадников и засуетились еще больше. А кухарь, увлеченный своим делом, только мельком взглянул на конников и отправил в рот очередной кусочек баранины.