Бой капитанов

И тут же удивленно воскликнул:

– Ну ни х… себе?

Татьяна спросила:

– Что такое, Володя?

Полухаров указал на экран:

– Смотри, Швабра!

– Какая швабра?

– Да не какая, а какой! Веня Карасев выступает. Ого, банкиром стал. Вот тебе и Швабра.

Татьяна попросила:

– Ты можешь толком объяснить, в чем дело?

– Подожди, Тань, потом. Давай-ка послушаем этого нового русского.

С телеэкрана упитанный, солидный мужчина в дорогом костюме и в очках с золотой оправой отвечал на вопросы ведущего программы. Тема их диалога сводилась к тому, каковым видит господин Карасев будущее России.

И председатель правления коммерческого банка «ДонКар» степенно описывал собственный прогноз на ближайшие перспективы развития экономики страны. Особенно он отметил роль человеческого фактора. Необходимость повышения профессионализма работников различных сфер этой самой экономики, которая, по его словам, медленно, но стабильно выходит из затянувшегося кризиса.

Полухаров слушал оратора и качал головой, твердя одно и то же:

– Ну Веня, ну деятель.

Кто бы мог подумать?

Передача закончилась, пошла реклама. Владимир откинулся на спинку дивана:

– Да, дела!

Татьяна спросила:

– Сейчас ты можешь объяснить мне, чему так удивился?

Майор кивнул:

– Сейчас могу! Банкир, что распинался с экрана о нашей экономике, господин Карасев, как его называл ведущий программы, в недалеком прошлом учился со мной в одном взводе военного училища. Туда его папа засунул, генерал то ли из Генерального штаба, то ли из Главкомата сухопутных войск. Короче, чмо был этот Карасев редкостное.

Поначалу вообще ни во что не врубался. Ну и, как правило, больше торчал на «тумбочке», нежели учился, как все.

– Что значит на «тумбочке»?"

"– В наряде, дневальным по роте! А дневальный должен поддерживать порядок в казарме. Особенно в ночное время, когда рота спит. Вот Веня со шваброй и не расставался. Отсюда и получил соответствующее прозвище. У нас койки стояли рядом. И он частенько жаловался мне на судьбу. Как-то раз нас отпустили в увольнение. Я двинул на переговорный пункт, попытался дозвониться до матери, Карасев дернул в Центральный парк культуры и отдыха.

К нему девица прицепилась, он с ней в кафе пошел. А там, как назло, или специально, бывший ухажер этой девицы оказался. И не один, а с компанией человек в пять. Увидел ухажер свою кралю и наехал на нее да на Швабру. Тот же слабоват и трусоват был. И быть бы ему битым, если бы совершенно случайно, после неудачной попытки дозвониться до дома я не зашел в это кафе.