Онлайн-библиотека книг
Есаул ушел влево от станции и скрылся из поля зрения наблюдателей Вершинина. Но это просчитывалось. Верехов просто обязан был проверить местность вдоль железнодорожного полотна, взяв роль разведчика на себя. Возможно, Есаул готовил собственную позицию наблюдения за штурмом спецвагона, чтобы при неудачном нападении, успеть уйти из района до того, как подразделения полка внутренних войск, охранявшего полигон «Северный», начнут его зачистку. Переговоры ни между собой, ни с кем-то вне района, бандиты не вели, что следовало из доклада лейтенанта Шестова.
Лес молчал, словно в нем не было ни одной живой души. Через Магино из Суденца в Шигаев прошла вечерняя электричка. И все смолкло в ожидании приближающейся ночи.
Есаул вышел к железной дороге метрах в ста левее станции. И тут же был окликнут Караханом:
– Игнат! Я здесь!
Есаул обернулся.
Увидел поднятую из канавы голову Вахи.
Вскоре упал рядом с ним в удобную, устланную павшей листвой яму.
– Ну вот и встретились, Ваха! Чего ты меня сюда вытащил? Я должен быть вместе с отрядом.
Карахан усмехнулся:
– Должен! Но не обязан! Впрочем, до начала штурма еще более полусуток, успеешь вернуться к своим наемникам. Можешь также первым ворваться в спецвагон, где вполне реально заполучить пулю в лоб. Но быть впереди – твое право. Вот кто-то из твоего отряда обрадуется смерти командира. Во-первых, место освободится, во-вторых, вознаграждение разделится на тех, кто выживет.
На этот раз усмехнулся Есаул:
– Ты хотел сказать, не стоит рисковать собственной шкурой, когда есть возможность подставить шкуру другого, не так ли?
– Можно сказать и так! Что в этом странного?
– Ничего!
– Вот именно, что ничего.
Есаул взглянул на Карахана:"
"– Мудрый ты человек, Ваха! И расчетливый! Не зря в авторитетах у Масуда ходишь.
