#Бояръ-Аниме. Газлайтер. Том 10

— Данила-Данила, а вы же теперь московский дворянин, — хмуро замечает князь. — И, по-хорошему, хотя бы должны предупреждать о своем визите к нам, а лучше спрашивать разрешения. Здесь зона боевых действий другого княжества. И жены ваши аналогично, ибо теперь они с вами в одной упряжке, — быстрый взгляд в сторону брюнетки. — Или не думаете, что должны?

Лицо Камилы замирает бледной маской на лице. Ощущаю напряжение и недовольство жены. На ее месте Светка бы уже громко возмутилась, какого чихуястреба ей запрещается видеться с родителями.

Но у брюнетки побольше выдержки и почтения перед старшими (не только по возрасту).

Прикапывается, старик, ни за что прикапывается. Уже забыл собственные слова о том, что я остаюсь «Русичем» даже и с другим вассалитетом. Кроме того, по Царству можно ездить без разрешений местных властей. Но да ладно, раз это уже для него не аргументы, я другой найду, посерьезней.

— Княже, я выполнял важную задачу по устранению угрозы Будовску, — парирую и перевожу взгляд на Степана. — Черные казиды готовили очередную акцию против Царства.

И времени ни на какие разрешения и предупреждения у меня не было, к сожалению.

Взглядом передаю слово отчиму. Сразу смекнув, о чем речь, полковник кивает:

— Да, Данила уничтожил новую орду рогатых бигусов. Благодаря его успешной диверсии мы имеем возможность навсегда покончить с вопросом черных казидов, — внушительно произносить Степан. — Так что если какую-то бюрократию он и нарушил, то значит она и не нужна, княже, а может, и вредна. Замечу: Данила со своими супругами всё еще составляют доброотряд, который мы привлекаем к особо важным задачам.

Это понимает даже Царь, что демонстрирует его обеспечение «Русичей» целым «Кондором».

— Что? — Великопермский удивленно вскидывает голову на последнем предложении. — Так тот огромный транспортник на стоянке ваш?

— Верно, княже, — отвечаю. — Царь пожаловал.

Князь делает долгий глоток чая, видимо, для того, чтобы обдумать услышанное.

— Ладно, я понял вашу позицию, Степан Тимофеевич, — вынужден признать Великопермский.

— Она обусловлена прагматичными соображениями, которые глупо опровергать. Я и не собираюсь этим заниматься. Данила, мое княжество по-прежнему открыто для вас. Как и «норы».

Камила испытывает облегчение, а я, как и прежде, спокойствие. Князя, чье положение очень шатко, всегда можно убедить аргументом «так Царь велел». Не враг же он сам себе, в самом деле.

Для приличия сидим еще немного, попивая чай, благо он вкусный, затем расходимся.