Дескать, парень, правда, ханьцев бил и какую-то крепость освобождал, а потому, наверняка, сказал правду про Охранку и фронт.
— Хорошо, господин, — объявляет гендир, когда кружок распадается. — Мы согласны на вашу цену. Но если дезинсекция в атакованном лайнере пройдет успешно, вы пройдетесь и по остальным самолетам на стоянке.
— Согласен, — за целый самолет и не жалко прогуляться самолетному парку.
Подписываем бумаги, и трогаюсь. Добираюсь я на место в сопровождении сотрудников СБ. Когда взбираемся по трапу, безопасники со страхом в глазах смотрят на запертую дверь.
Зачем-то ее также обтянули прозрачной пленкой и целыми пятью табличками «Опасно». Видимо, для самоуспокоения.
— Со мной можете не идти, — разрешаю я, и безопасники тут же кланяются едва ли не в пояс. В глазах облегчение. А мне смешно. С них всё равно никакого толку.
Один безопасник открывает дверь, быстро прохожу внутрь. Тут же за мной захлопывают. Жужжащий черный рой мгновенно двигается в мою сторону. Вау! И, правда, летающие тараканы! Мечта энтомолога.
Но артефактное зеркальце в кармане если что уж защитит меня от близкого знакомства с чужой мечтой.
— Ничего личного, зопоеды, — я «включаю» Наггера. — Но моя зопа не для ваших жвал.
Создаю средний выброс некротики, и весь рой падает замертво. Пол словно накрыли черным ковром, столько здесь комаров-тараканов."
"«Человек, — вдруг возмущается дроу. — Скажи, что это неправда! Ты используешь самый опасный Дар, используешь саму Смерть, чтобы обработать помещение от тараканов?!»
«Ты просто не видел нашу „Ладогу“, — усмехаюсь.
— Надежный авиалайнер. А, главное, на судно поместимся даже всем родом».
Но Наггеру побоку на комфортные перелеты. Дроу никак не уймется и продолжает обличать меня в неуважении к Смерти. Приходится «выключить» остроухого, а то он уже подбешивает, честное слово.
Еще раз оглядываю зопоедов. Видимых следов смерти нет. Запросто сойдет за телепатию. Да, вот такой я мощный телепат. Двадцать тысяч одним ударом. Будет для Бирюзова повод задуматься…Эх, кого я обманываю? Нет, не будет, зря надеюсь.
Боярин привык на бульдозере по встречке гонять.
— Открывайте, чисто, — стучусь я по двери.
— Как «чисто»? Правда «чисто»? — не торопятся безопасники. — Вы не шутите? У меня две дочки и сын. Мне нельзя умирать.
— Правда-правда, — фыркаю. — У вас что, заклинило? Может, мне самому дверь вынести?
Замок тут же щелкает, и дверь открывается. Ага, сразу бы так. Сейчас пробегусь метеором по всему автопарку, и можно будет лететь.
