#Бояръ-Аниме. Газлайтер. Том 17

И это еще не предел.

На том конце слышится второй, более глубокий вздох, в котором смешались усталость и тревога:

— Уж лучше бы это был предел.

Я вешаю трубку. Ну вот, все предупреждены, все формальности соблюдены. Никто не скажет, что я действую опрометчиво. Пора двигаться к вилле макаронника и превратить его в соус для равиоли.

Только подумал, как звонит Студень с базы. Мои перепончатые пальцы! Надеюсь, у гвардии всё в порядке.

— Шеф, у нас тут… ну, в общем, странности. Мы, значит, прихватили ящик с Адскими ежиками, на всякий случай, а там, как оказалось… Ее Высочество Айра.

— Чего⁈ Ты серьёзно⁈ Айра в обнимку с уисосиками⁈ — не верю своим ушам.

— Ну, да, шеф… Она в обмороке. Целитель уже занимается ею, но, кажется, она… ну, не выдержала и, эээ, прыснула под себя.

Слушаю и охреневаю. Что она там вообще делала⁈ Попытка побега? Серьёзно? Да и каков же способ: засесть в ящике с Адскими ежиками! Тут мелькает мысль, что она, может, не только садистка, но и изрядная извращенка.

Но времени на разборки нет — ситуация требует действий.

— Понял. Скоро будем. Собираем команду и выдвигаемся к вилле. Пора заканчивать с этим макаронником. А то эта бесконечная ночь так никогда и не закончится.

Уже на подходе к машине меня догоняет Лакомка, её белоснежный халатик слегка распахнут на груди, обнажая кусочек загорелой кожи. Поймав мой взгляд, она с лёгкой усмешкой неспешно поправляет ворот, словно делая это нарочно, чтобы немного разрядить обстановку.

— Мелиндо, подожди, — останавливает она меня. — Возьми улучшенные энергопластыри. Я их доработала недавно. У них больше энергоемкость, так что один такой пластырь заменит три старых.

Я с улыбкой принимаю пакет:

— Целых три? Спасибо, дорогая. Твоя предусмотрительность, как всегда, на высоте.

В уголках ее глаз появляется лукавый огонек, и она игриво подмигивает:

— Только не трать всю энергию, мелиндо.

Я хмыкаю, не скрывая ухмылки:

— Придется, правда, беречь килоджоули.

Усаживаюсь в джип вместе со Светкой, Камилой и Змейкой. Двигатель мягко урчит, и мы трогаемся с места, пока Лакомка, стоя на тропинке, машет нам на прощание. Её фигура постепенно исчезает в зеркале заднего вида, когда мы ускоряемся.

Машина несется по ночной трассе, оставляя за собой светящиеся следы уличных фонарей, будто расчерчивая ночь.