#Бояръ-Аниме. Газлайтер. Том 17

Да, это некогда черноволосый и смуглый красавец Гай Юлий Максим, но сейчас от него осталась лишь жалкая оболочка.

— Ну ты и мразь, — произношу я с отвращением, оглядывая иссушенные трупы под ногами. — Высушил бедняг досуха? Думаешь, это тебя спасет?

— Нет, я легионер и продам свою жизнь дорого, — произносит Гай, его голос хрипит, словно он говорит через сжатое горло.

Эквит формирует биомолнию из поглощенной энергии и швыряет её в меня. Я уже надел доспех Тьмы, и, вытянув руку, принимаю удар. Мой доспех одному разряду не пробить.

Теперь моя очередь. Сосредотачиваюсь и швыряю молнию, гораздо более сильную, чем прежде.

— Это по-твоему молния? Вот молния! — выкрикиваю, наблюдая, как электрический разряд мчится к нему с ужасной скоростью.

Гай пытается создать новый разряд в своём теле, но я не даю ему шанса. Мгновенно накидываю на него Тьму-Воду.

А как известно, вода проводит электричество. Физика форева, дамы и господа.

Жидкая Тьма уводит ток в разные стороны, образуя множество мелких разрядов, которые бьют по Гаю, словно куча молний, поражающих его с разных сторон.

Раздутые мускулы дрожат от электрического шока, а в воздухе раздаётся треск, как будто вокруг него бушует буря. Каждый разряд пробивает римлянина, заставляя сжиматься от боли и ярости, и я контролирую, как его сила уходит.

Я делаю шаг вперёд, выпуская демонские когти, и резко приближаюсь к нему:

— Легионер, говоришь…? А геноманта у меня ещё и не было.

С этими словами я принимаюсь рубить огромную плоть Гая. Его тело, изуродованное и распухшее, кажется бесконечно уязвимым под моими когтями.

Я не останавливаюсь, словно маленький росомаха, напавший на бурого медведя. Когда когти вонзаются в раздутую плоть, ощущаю, как они проходят сквозь жировую прослойку и наталкиваются на сопротивление, словно рублю толстую ветвь. Гай пытается схватить меня, его раздутые руки растягиваются в попытке обхватить меня, словно борец сумо на стероидах, но этого мало. Огромное гниющее тело режется и рвется, как бумага. Гай пытается нарастить плоть, но мои когти рубят быстрее. Спасибо Лакомке, пластыри без остановки подпитывают меня. Я словно электромотор.

Пока его плоть разлетается на куски, вой эквита не прекращается. Наконец я вспарываю брюхо Гая, и его тело падает с глухим звуком, как гигантская туша свинины, разлетающаяся на части.

Отступив подальше к стене, я опускаюсь на землю, ощущая, как колени касаются холодного пола. Закрываю глаза, позволяя себе на мгновение погрузиться в тишину.