#Бояръ-Аниме. Газлайтер. Том 24

Княжна Лопухина в мгновение ока оказывается рядом с Гришкой, обнимает ухажера за плечи:

— Григорий, ты был великолепен!

Гришка счастливо лыбится, переводит дух, а потом подмигивает мне.

Рядом со мной возникает Маша Морозова, наблюдая за этой сценой с хитрой улыбкой.

— Как мило. Моя подруга и твой друг, правда, смотрятся, Даня?

Я киваю княжне, бросая взгляд на Лопухину, которая буквально светится от счастья рядом с Гришкой.

— Очень неплохо смотрятся.

Маша прищуривается, её взгляд становится лукавым.

— Я всё не дождусь, когда устроим свидание вчетвером.

Я усмехаюсь.

— Да, это будет интересный опыт, Мария Юрьевна.

Возвращаемся обратно в усадьбу. Бал продолжается, музыка возвращает прежний ритм, гости отходят от дуэли и вновь погружаются в беседы.

Ко мне подходит князь Морозов. С дочкой я пообщался, теперь, видимо, очередь отца.

— Знаешь, Данила, я передумал насчёт многожёнства, — неожиданно огорошивает Юрий Михайлович. — Мне хватит одной Ненеи.

— Разумное решение в нынешних обстоятельствах, Ваше Сиятельство, — лаконично отвечаю.

— Просто Ненея разошлась в последнее время, — притушив голос, заулыбался князь. — Она такое вытворяет по ночам! Ох, такое, Данила!

Восторги Морозова радуют, но долго задерживаться на одном госте не могу — другим тоже нужно внимание. Последним нарисовывается боярин Бирюзов. Только вот не настоящий. Но об этом знаю только я.

Улыбаюсь, легко склоняя голову:

— Председатель Хоттабыч. Очень рад вас видеть.

Лже-Бирюзов удивленно усмехается, скрещивает руки на груди, в глазах лукавый блеск.

— Надо же, вы меня раскусили, Данила Степанович, — замечает глава межмировой Организации.

Пожимаю плечами.

— У меня уже есть опыт распознавания ментальных иллюзий.

Хоттабыч кивает, делая выводы.

— Значит, вы тоже владеете этой техникой. Удивительно. Я могу по пальцам пересчитать тех, кто умеет это делать.

— Действительно? — напрашиваюсь на секретную информацию.

Он не разочаровывает и медленно загибает пальцы.

— Это я, ещё демон Мираж, ещё один вымерший зверь, ещё теперь и вы. Ну, ещё трое, о них пока не будем. — Он делает паузу, затем чуть наклоняет голову. — Вы уникальный человек, Данила Степанович.

Я думаю о Хоме, моем легионере-зверюшке. «Вымерший зверь»… О нём ли речь? Видимо, да. А вот о том, что Мираж тоже упокоен навечно, Хоттабыч не упомянул. Значит, Организация не знает, что это моих рук дело. И пусть не знает дальше, на всякий случай.