Бояръ-Аниме. Газлайтер. Том 29

Спина прямая, голос звонкий, жёсткий, как удар клинка о камень:

— Я Айра, принцесса Шакхарии! Как вы смеете охотиться на моей земле?

Вульфонги на миг замерли. Переглянулись — видно было, что растерялись. Я уже было подумал, что они благоразумно дадут задний ход, но один — тот, что стоял справа, с надломанным ухом, — кивнул товарищам на дерево с ещё неактивированной ловушкой.

И браконьеры тут же воспряли духом, ухмылки становятся шире, зубы оскалены напоказ.

Я на всякий случай «включаю» несколько легионеров — темника, друида, ну и Жору-жабуна.

Левый вульфонг с копьём делает шаг вперёд, ухмыляясь так, будто только что получил индульгенцию на хамство:

— А вам-то какая разница, принцесса, а? Вы же скоро выйдете за принца Герпеса! Шакхария станет нашими охотничьими угодьями!

— Дебилы, — по мыслеречи бросает мне Гюрза.

Леди-дроу уже успела узнать характер моей избранницы и догадывается, что бывает, когда кто-то смеет ей хамить да ещё замужество приписывать.

Айра отвечает спокойно, ледяным голосом:

— Это полная чушь.

В следующий миг плотная тень скользит по её лицу и телу — она накидывает на себя теневой доспех.

— За то, что вы охотитесь на нашей земле без разрешения, — она взмахивает рукой, и в чёрной перчатке возникает вышитый из Тьмы клинок, — вы умрёте. Добыча в этих лесах принадлежит Шакхарии. И никто не имеет права тронуть её без разрешения нашей королевы.

Вульфонг с надломанным ухом ухмыляется в ответ — самодовольно, беззастенчиво:

— Значит, ты, правда, не выйдешь за Герпеса, сучка, потому что сдохнешь…

И резко бросает копьё.

Но он опоздал.

Несложно было изначально догадаться, что задумали эти кретины. Потому я сразу действую: активирую способности легионера-друида. Древесные ветви изгибаются навстречу броску — и ловят копьё в воздухе. Обвивают, сжимают, словно древесные руки.

Вульфонг замирает, офигев.

Я уже в теневом доспехе, шагаю вперёд и заслоняю собой Гюрзу.

Айра следует моему примеру: по взмаху её руки теневые клинки летят в браконьеров.

Вульфонги судорожно активируют свои доспехи, но двое только успевают закрыться. Третий, менталист, пытается поднять пси-щит — и тут я почти жалею его. Почти.

Мой пси-удар разбивает его защиту в щепки, легко, как палкой — глиняную посуду. Он вскрикивает и падает на колени, беспомощный, с закипающим в глазах ужасом.