Бояръ-Аниме. Газлайтер. Том 31

— Я не дам кретину Архилу всё испортить, — бросает она раздраженно. — Я спасу Филинова, чтобы он угробил моего брата вместе с собой!

И взмывает вверх. Скоро за Стеной станет на одного херувима больше.

* * *Мы с Лакомкой пересекаем Демонскую Стену. И ощущение, будто ныряешь в чужеродную физику. Воздух становится тягучим, как сироп.

— Тебя не тошнит? — спрашиваю по мыслеречи.

— В норме, — отвечает альва, но лицо у неё напряжено.

— А теперь честно, — хмыкаю.

— Лучше передохнуть, — вздыхает блондинка.

Мы снижаемся и садимся на границе странной рощи с черными листьями.

Лакомка провожает взглядом убежавшее перо.

— Материализация, — поясняю. — Любая органика здесь становится одержима.

Из кустов вываливается страус и засмеявшись как гиена уносится прочь.

— Ну охренеть, — хмыкаю. — Даже страусы здесь одержимы.

— А что это за роща? — альва с любопытством оглядывает черные листья.

— Тоже одержимая, — пожимаю плечами. — Пойдем заценим.

Мы идём через лес. Корни тянутся к ногам, будто хотят задержать, оплести, да не решаясь в последний момент — ну это я демонские рога отрастил, чтоб всякая мелочь не борзела.

Через пару десятков шагов лес редеет, и открывается поляна. Посреди — аккуратный костерок, пыхтит, как старый чайник. А у огня на полене сидит лесник в зеленой ливрее. На вид — мужик как мужик. Плащ, топор, меч в ножнах.

— Здравствуйте, добрые люди! — машет он нам рукой, будто туристов в глуши встретил.

— Привет, Демон, — говорю, не замедляя шага.

Он поднимает глаза. Радужка переливается зелёными прожилками.

— Я не Демон, — отвечает спокойно.

— Ты — высшая астральная тварь. Кто же тогда?

Он усмехается, показав акульи клыки

— Я никогда не штурмовал Демонскую Стену. А значит, не Демон. Я — мирный.

— Ага, а что ты тогда забыл на бывшей земле херувимов? — хмыкаю.

— Живу я тут, — пожимает он плечами.

— Да ну? — что-то новенькое.

— Очень давно. Тогда Гора пришёл — и начал осваивать этот мир."

"Я прищуриваюсь.

— Демон Гора?

— Бог Гора, — поправляет меня лесник и перекрещивается. — Лучше его поменьше упоминать. Ну так вот, — кивает, будто рассказывает сказку у костра. — Херувимы настолько предавались разврату и прочим грехам, что вызвали Прорыв Астрала.