Бояръ-Аниме. Газлайтер. Том 34

И он не разочаровывает. Посмотрев на меня, кивает:

— Вы правы. Я не против отказаться от трёх островов и иметь рядом такого влиятельного соседа, как вы. Ведь вы имеете доступ на Ту сторону. А если вы не получите ничего, если вам не позволят закрепиться, то зачем вам Замок Дракона? Вы просто уйдёте оттуда.

Я киваю, хотя на самом деле замок бы не оставил. Рю но Сиро, скорее всего, перестал бы быть моей восточной резиденцией и превратился бы лишь в трофей, место редких визитов. Но, разумеется, я не собираюсь распространяться о таких подробностях иностранному монарху.

Император же вдруг захотел поговорить на отвлечённую тему:

— Знаете, мой род — самый древний из нынешних императорских. Хотя Ци-ван с этим никогда бы не согласился, но это его проблемы. В нашей фамильной библиотеке хранятся свитки с допотопных времён, и в них есть записи, где Филиновы упоминаются как правители северных земель.

— Неужели? — заинтересовываюсь.

— Ваши предки были государями задолго до того, как Львовы начали княжить в своём уделе, который потом разросся в Великое Русское Царство.

Филиновы уже тогда правили обширными землями, так что в ваших жилах течёт царская кровь.

Я усмехаюсь:

— Только не говорите это моему Царю.

Император кивает с понимающей улыбкой:

— Конечно, конечно. Никто не любит соперников.

Я откидываюсь на спинку стула:

— Если не против, вернёмся к основному вопросу. Что вы в итоге хотите за Замок Дракона и за ещё два острова?

Император отвечает:

— За три острова я хочу в три раза больше.

Девять островов.

А он ещё мне говорит «губа не дура». Впрочем, ничего удивительного. Хороший монарх — это в первую очередь хороший торгаш, а потом уже всё остальное.

— И какие же именно острова вы имеете в виду? Филиппинские или индонезийские?

Император усмехается и качает головой:

— О нет, филиппинские мне без надобности. Я уже устал воевать с Филиппинами из-за каких-то жалких рифов. Мне нужны острова на Той стороне.

Я киваю, ничуть не удивившись. У многих земных монархов, наверняка, есть эта страсть — заполучить землю в других мирах.

Думаю, и Царь Борис не исключение. Про Цезаря и Ци-вана и говорить нечего. Эти жадюги на всё готовы ради роста своих империй. Да только пока что никто не добился на этом поприще весомых результатов, небольшие территории не в счёт.

Император внимательно смотрит на меня и, заметив отсутствие удивления на моём лице, удовлетворённо произносит:

— Я вижу, вы не удивились моим амбициям.