Испытывая некоторые ощущения сродни лотерее или русской рулетки, я вышел из такси.
Я еще не слишком хорошо знал город, чтобы устраивать шикарные пафосные свидания, но был в этом и свой плюс. Градус мажористости следовало повышать постепенно, чтобы, во-первых, не слишком шокировать девушку, а во-вторых, не вызывать квадратных вопросов со стороны ее родственников, которые наверняка очень быстро обо мне разнюхают.
Василиса уже ждала меня в прекрасном небесно-голубом платье с кожаной косухой, накинутой на плечи. Волосы девушка заплела в косу, перекинутую через плечо, в руках держала крошечную сумочку, куда по задумке автора должен влезть телефон, помада и карточка от папиного счета в банке.
— Привет, — улыбнулся я, подходи к Василисе.
— Привет, — тихо ответила она, очаровательно вспыхнув.
— Есть какие-то пожелания на этот вечер или ты доверяешь моему вкусу? — спросил я.
Дежурная по сути своей фраза, на которую 99% моих бывших говорила, что они целиком и полностью полагаются на меня. Но Корсакова смогла удивить:
— Вообще-то есть, — ответила Василиса, потупив взгляд, как будто собиралась попросить о чем-нибудь неприличном.
Чему я был бы только рад, конечно.
— И? — подтолкнул я девушку закончить мысль.
— Давай сходим в кино? — отчаянно краснея, предложила Василиса.
— Давай, почему бы и нет, — пожал плечами я. — Какой фильм?
— «Трое богатырей», — продолжая алеть, как маков цвет, сказала Василиса.
— Это же вроде фильм для детей? — не понял я.
— Ну и что? — насупилась девушка. — Мне, может, сказки больше, чем стеклодрамы, нравятся.
— Действительно уважительная причина, — согласился я, после чего предложил Василисе локоть. — В какой кинотеатр идем?
— Здесь недалеко открылся новый, — с довольной улыбкой ответила Корсакова. — Говорят, там потрясающая акустика и экран такой, словно ты нырнул с головой в картинку.
— Хорошо, — согласился я. — Идем.
Том 2
Глава 5
Кино в этом мире переживало тот прекрасный момент, когда только начиналась интеграция высоких технологий и компьютерной графики.
То есть если кони у богатырей были еще настоящие, говорящий кот у Бабы-Яги — кукольный, то вот Горыныча уже отрисовали целиком.
Отрисовали, к слову, неплохо. Сидящая рядом со мной Василиса время от времени восторженно ахала, и к сюжету или актерской игре это не имело ни малейшего отношения. Корсакова искренне восхищалась, как блестит чешуя у дракона, как бегают глаза с вертикальными зрачками, как зверюга плюется огнем. В общем, чисто профессиональный интерес.
