Дуня взбежала на пригорок, прислушиваясь к ворчанию Алексашки. Если он продолжит бухтеть, то мало того, что испортит ей всю задумку, но и рассорится с княжичем, а потом её сделает виноватой. Обеспокоенно оглянувшись, она убедилась, что Алексашкино ворчание не помешало ему наполнять тачку глиной, и выдохнула."
"На пригорок по её велению притащили старый массивный стол, и боярышня выложила в ряд рамки для формирования кирпичей. Их сделали ей мебельщики, даже не спрашивая, для чего. Дворовая ребятня притащила старые деревянные тазы и убежала.
Дуня придирчиво осмотрела разваливающуюся тару, но это было лучшее, что выдал ей управляющий.
Тазы нужны были боярышне для удобства разминания глины. Потом для этого дела потребуется обустроить площадку, чтобы сырьё можно было месить ногами, а ещё лучше забабахать мельницу с толкушками или мешалками. Но на данном этапе большего не надо.
— А вы чего стоите? — обратилась она к княжичевым воям. — За работу! Надо соорудить навес от дождя, чтобы нашу плинфу дождем не замочило.
— Княжича без присмотра не оставим, — ответил ей один, а другой добавил:
— И мы тебе не подчиняемся.
— Ах вот как! — обижено воскликнула Дуня и мысленно пообещала себе не забыть дать указание кухарке, чтобы не баловала княжичевых воёв. А то к ним со всей душой и конфетами, а они морды воротят!
— Иван Иваныч! — голос как нарочно вышел противно писклявым, и Дуня прокашлялась, чтобы солиднее звучать: — Вели своим навес сделать на пригорке от сих до сих! — она махнула в сторону его воёв и быстро пробежалась, показывая размер площадки, которую надо прикрыть от случайного дождя.
— Велю! — крикнул он, но Дуне было мало:
— И чтобы вокруг канавкой окопали на всякий случай, — зловредно подкинула она работы воям, зная, что всё имение под надзором Гришкиных подопечных и Ванюшкиной ватажки.
— Слышали? — грозно спросил Иван Иваныч у своих воёв, с силой воткнув лопату в глину.
Княжич был поражен, что его товарищ, а теперь ивои, брезгуют простой работой.
Он не раз видел, как отец своими руками мастерит разные безделушки. Великий князь до сих пор с удовольствием вспоминал, как участвовал в создании диковинного возка-вездехода и не без гордости показывает это чудо иноземным послам!
А эти, — княжич недобро посмотрел на Алексашку и охрану, — морды кривят!
Иван Иваныч прищурился, мысля, как в скором времени собьёт спесь со своего окружения. А если не поймут, то таких недогадливых заменит.
