Железоплавильные печи остались позади, как и гончарные, а потом он увидел, как варится стекло. Конечно, боярич ничего не понял и его вскоре попросили уйти, но увиденное долго не отпускало его. Неожиданно для себя он сравнил мастеров с воинами, покоряющих стихию.
Евдокия дождалась новой партии баклажанов, приготовила икры и отправилась в Кремль, чтобы угостить княжескую семью и спросить, отпускают ли её в дмитровское княжество и когда будут готовы подорожные бумаги для неё и португальцев.
К Ивану Васильевичу она попала только после того, как потратила на угощение княгини с боярынями тяжёленький горшочек икры и несколько чиабат.
А уж сколько ей пришлось рассказывать о выращивании баклажанов через рассаду, объяснять, что такое теплица и во что обошлось это в серебре, не передать!
Но боярыни слушали её внимательно, посчитав баклажаны хорошей добавкой в постные дни. Этот овощ многим был знаком, хоть привозили его редко и стоил он дорого. Почему-то иноземцы считали баклажаны капризными плодами и мало кто брался за их выращивание.
Дуня на это лишь пожала плечами.
Мало ли какие причины есть для нераспространения этих овощей! В конце концов, она сама не раз была свидетелем того, что востребованные в будущем вещи сейчас не замечают. Взять ту же петрушку или сладкие монастырские яблоки, или каменный уголь. При этом другие травы солят, если свежими не едят, вишню охотно рассаживают по всему княжеству, а для получения угля жгут деревья.
Но главное, что у неё к яблочному саду добавилась теплица для баклажан, зреет кочанная капуста, красуются новые сорта моркови и свеклы, зацвели садовые гвоздички и разросся куст марьиного корня, а там ещё что-нибудь полезное добавится.
Тем более дядька Анисим тоже ищет всякие садовые интересности и обмен с ним налажен!
К князю Дуню провели во время обеда. Точнее, ей разрешили подойти, когда Иван Васильевич шёл к княгине отобедать.
Он на ходу велел ей уладить все дела с португальцем и оставить кота у брата. Дуня шла, приноравливаясь к шагу князя, кивала, пока не услышала про Пушка.
— Чего это оставить? — возмутилась она.
— Потому что он у тебя в оппозицию ушёл! Вот скажи, чем ему наши законы не нравятся?
— Так старые, что ещё со времен князя Ярослава, устарели, а те, что позже писали, так им тоже сто лет в обед!
Иван Васильевич остановился и, устало посмотрев на неё, произнес:
— Я уже взялся над составлением судебника и вынес первую часть на обсуждение в думе. Жди.
