– еще спрашивает… конечно, довольна…
– Нет, – вру, глядя прямо в глаза, – но… ты вынудил меня.
Теперь понятно, почему он никуда сегодня не поехал. Вряд ли кто поверит, что его кошка оцарапала.
– Говори быстро и уходи, – отодвинул бумаги и откинулся в кресле.
– Сколько мой муж проиграл тебе?
– Бывший, – поправил меня, сузив глаза.
– Ну да… Так сколько?..
– Много…
– И все же?.. – переминалась с ноги на ногу у порога, потому что присесть никто не предложил.
– Думаешь откупиться?.. – цинично улыбнулся, – У тебя нет таких денег…
– У меня нет, – согласно кивнула, – но я найду…
– Надеешься на Дронова?.
.
От его слов вспотели ладони. Откуда ему известно про Никиту? Ведь никто не знал! Даже Карманов!..
– …так он тебе не поможет… – продолжил Шевц, лениво крутя в руках шариковую ручку.
– Почему ты так уверен?..
– Потому что он не пойдет против меня.
– А ты будешь против? – удивленно вскинула брови, – разве это не в твоих интересах? Получишь свои бабки и от меня избавишься…
– Я избавлюсь от тебя… обязательно… – подался вперед, сверля жестким взглядом, – но только тогда, когда сам посчитаю нужным…
– Как избавишься?.
. – голос охрип, а язык еле ворочался во рту, – уберешь… отпустишь…
– …или перепродам кому-нибудь… – закончил за меня, приподняв один уголок губ, – пока не решил…
Глава 18.
Когда вечером я спустилась к ужину и увидела, что стол в столовой сервирован на две персоны, тут же побежала к Валентине Ивановне на кухню.
– Дмитрий Александрович ждет гостя?
– Нет, – улыбнулась мне женщина, – он сказал, что будет ужинать с вами.
– Да?.. – разочарованно протянула я, – может, мне в комнате поесть… ну или позже здесь…
– Нет! – отрезал невесть откуда взявшийся Шевц, – накрывайте, Валентина Ивановна, – уже совсем другим тоном обратился он к женщине.
Мы сидели друг напротив друга. В полной тишине. Мужчина, по всей видимости, чувствовал себя непринужденно. С аппетитом уплетал мясо и на меня внимания не обращал. Я же ковырялась вилкой в овощном салате и украдкой поглядывала на него.
Мне нравилось, как он ел.
Не строил из себя аристократа, и в то же время не чавкал и не ронял ничего изо рта. Карман вечно набивал полный рот, а потом долго громко жевал, закатив глаза. Однажды я в мягкой форме сделала ему замечание, просто попросила не торопиться, за что он пульнул в меня вилкой.
– Почему ты вышла за Кармана? – неожиданно прозвучал его голос.
– Влюбилась без памяти!
– Страдаешь теперь?
– А как же! – съязвила я, – Места себе не нахожу!
Он улыбнулся.
