Скользил взглядом по моей фигуре, нахмурив брови, а потом, устало вздохнув, пробормотал:
– Иди к себе. Я позже зайду…
Глава 50.
Я сидела на кровати по-турецки, расположив на коленях ноутбук, и смотрела новый американский триллер с Сарой Полсон в главной роли. Вернее, пыталась смотреть. Сосредоточиться на сюжете не давала грызущая изнутри тревога.
Поставив звук на минимум, я почти не слышала диалогов героев фильма, зато отчетливо улавливала малейшие шумы, доносившиеся из вне моей комнаты.
Дима пришел ближе к полуночи.
Когда интрига, развернувшаяся на экране, подходила к концу. Он встал у окна, заложив руки в карманы брюк.
– Как ты? – прошелестела я, – голова не болит?
После травмы ему, как минимум, следовало показаться врачу. Но я более чем уверена, он этого не делал.
– Не болит… Я пришел сказать, что завтра ты отсюда переезжаешь.
– Переезжаю? – отложила в сторону ноутбук, – Куда?
– К Дронову. Он приедет за тобой утром.
Я смотрела на него широко раскрытыми глазами и никак не могла уловить сути произнесенных им слов.
– Не поняла… При чем тут Никита?..
– Теперь ты принадлежишь ему.
У меня сердце остановилось. Воздух на выдохе застрял где-то в глотке. В горле противно запершило.
– В смысле?..
– Он компенсировал мне все затраты, – Шевц говорил ровно, спокойно глядя мне в глаза, – деньги уже на моем счету.
– Ты… – я попыталась сглотнуть застрявшие в горле ледяные осколки, – ты… что… ты продал меня?!..
– Не надо делать такие глаза, Оля, – поморщился он, – я предупреждал, что избавлюсь от тебя, как только ты мне надоешь.
– Я тебе надоела?
– Да.
– Ты врешь!
Я не верила ни одному его слову. Не понимала, почему, но он точно врал. Мысли метались, создавая в голове непроходящий гул. Инстинкт душевного самосохранения отчаянно искал логическое объяснение бреду, что проникал в мои уши.
А потом меня осенило. Это проверка! Так ведь? Дима приревновал меня к Никите. Решил, что наши с ним чувства взаимны? Ну, конечно!
– Дима, я не хочу быть с Дроновым.
У меня никогда с ним ничего не было и я его не люблю.
– А твоего мнения никто не спрашивает, – холодно усмехнулся он.
То, что я почувствовала в тот момент, было похоже на хлесткий удар мокрой половой тряпкой по лицу. Больно и унизительно одновременно. Тело оцепенело.
– То есть… Тебе все равно, с кем я буду?.. – по щеке побежала первая слеза, – что у нас с Никитой будет секс?
Шевц отвернулся к окну. Отодвинув занавеску, оперся двумя руками о подоконник.
