Многие знали о войне только с экранов телевизоров или из военной прозы советских писателей. По телевидению нагло сокращали потери федеральных сил, а в советской прозе возвышали до небес непобедимость русского солдата.
По сути своей эти взрослые мужики отличались от молодых парней только возрастом и готовностью нажать на спусковой крючок автомата. Они так же не умели воевать, так же были не готовы к полевой жизни и выполнению приказов. Единственное и ощутимое различие между зелёными пацанами и контрактниками – так это то, что последние умели думать и им было что терять.
В массе своей действительно стоящих бойцов среди служащих по контракту было мало. В основном мужики, заключившие контракт с большого бодуна, и беспрестанно об этом жалеющие. Были и целеустремленные индивиды, конкретно зарабатывающие на квартиру. Но мало кто из них шёл до конца. У многих не выдерживали нервы, и контракты рвались так же быстро, как и заключались. Солдатам не раз приходилось видеть, как один танк или самоходная артиллерийская установка тащила за собою две БМП на тросах.
Водила-контрактник мог бросить технику и уволиться, не дожидаясь замены и не объясняя причины. Но были и крутые, выносливые, опытные парни, поучаствовавшие в горячих точках нашей Родины. Они были хорошими наставниками не только для желторотых пацанов, но и для молодых офицеров.
– Ты смотри, что салаги делают! – сказал, засмеявшись, Олег Истомин, обращаясь к Юре Соломину. – Они потом взрывчатку в пустые банки из-под сгущённого молока набивают.
Вставляют запал и идут рыбу в Тереке глушить.
Контрактники смотрели на то, как Титов и ещё несколько парней из пехоты ковырялись в контейнерах динамической брони танка.
– Я, конечно, в армии служил, но о танках ничего толком не знаю, – ответил Соломин, немного стыдясь своих познаний в армейской технике.
– Активная броня – это металлические контейнеры с взрывчатым веществом, которые навешиваются на основную броню машины. При попадании в танк гранаты вещество в контейнерах взрывается, таким образом отталкивая от себя поражающий элемент, – сказал чётко, без запинки Олег.
Как будто сам был танкистом, а не пехотой.
Заместителем командира первого взвода ввиду его отсутствия был контрактник. Неплохой мужик. Высокий, плотного телосложения, обладавший странной манерой разговаривать, смешивая высокопарные литературные выпады с отборными матерными словами. Чуть младше ротного. Порой казалось, что образ Истомина сошёл прямо со страниц произведений Шолохова.
