Больная родина

В этот момент и грохнуло! Граната полежала, подумала и все же взорвалась. Случай редчайший, один на миллион. Видимо, имела место какая-то неполадка с взрывателем. Заложило уши. Брызнула земля с обрывками травы, плотной волной разлетелись осколки. Люди падали, искалеченные поражающими элементами. Досталось тем, кто находился поблизости, то есть практически всем. Стонали раненые, кто-то полз за угол, обливаясь кровью. Пальба оборвалась.

Сергей недоуменно поднял голову и покосился туда, где залег Гаевский.

Физиономия друга высовывалась из-за ствола яблони. Он тоже был немного озадачен.

— И что это было? — спросил Сергей.

Гаевский с победным видом ухмыльнулся и заявил:

— Граната с искусственным интеллектом, последняя разработка. — Вдруг он сделал страшные глаза и заорал: — Чешем, Серега, сейчас рванет по-настоящему!

Как, опять? Они помчались, перепрыгивая через клумбы. На бегу Гайдук догадался, что должно произойти. Он прыгнул в яму, обнял дрожащую Диану.

Рядом уже пыхтел в предвкушении Гаевский. Рвануло так, что вздрогнула земля! В доме повылетали рамы, с треском сложились межкомнатные перегородки. Снопы дыма ударили из оконных проемов, заплясали языки пламени. Ударная волна прошлась по саду, затрясла деревья. Дом горел как факел. Сад моментально окутали клубы зловонного дыма.

— Магнитная мина, — немного смущенно объяснил Гаевский. — На четыре минуты поставил будильник. Чего лежим, голубки? Хорошо вам? А ну, валим отсюда!

От усталости, от вибрирующего звона в ушах Сергей уже плохо соображал.

Снова ревели пожарные сирены, носились милицейские машины с мигалками и свиристелками. Скромная серая «Нива» выбралась на южную окраину города и остановилась недалеко от пепелища в Бочарниковом переулке.

Сергей прокрался между остовами выгоревших зданий и нашел погреб, размещавшийся на задворках участка семейства Бойко. Он лихорадочно расшвырял металлолом, придавивший крышку люка, отбросил ее, помог выбраться матери, вытащил кряхтящего Ярослава Григорьевича.

Мама что-то спросила, повисла у него на шее и заплакала.

Увидев Гаевского, она очень удивилась и перестала плакать.

— Я так и знала, — заявила Клавдия Павловна. — Где этот парень, там всегда разрушения и кавардак. Я же говорила, Сережа, что он дурно на тебя влияет, плохому учит!

Они шагали по чужим грядкам, старались быстрее добраться до машины. Гайдук не верил тихому счастью.