– Сразу после обхода я готова приступить к изучению документации. Начну с журнала оборота сильнодействующих зелий. Уверена, вы ведете его как положено. – Монна Райт слегка улыбнулась, и было непонятно, то ли она действительно доверяет мэтру Ланселоту в этом вопросе, то ли надеется, что начальник больницы пустил оборот на самотек и сейчас влипнет по-крупному.
– Конечно, – только и ответил он.
– Тогда прошу приготовить документы. Я смогу расположиться в вашем кабинете?
– Конечно.
Мэтр Ланселот на удивление покладист. Киран наблюдал за происходящим с недоумением, он, кажется, тоже был слегка выбит из колеи: больницу прежде не проверяли.
– Киран, проводи инспектора в первую палату, начинай обход. Я присоединюсь через несколько минут. Грейс… Монна Амари, вы можете подойти позже.
– Благодарю. – Я качнула головой. – Со мной все в порядке.
Мэтр Ланселот вышел, и мы остались втроем. Повисла неловкая тишина, но ее очень скоро нарушил мелодичный голос монны Райт:
– Мэтр Киран, я правильно расслышала?
Киран склонил голову.
– Все верно, за исключением того, что я мэтр.
– Поправьте меня, если я ошибаюсь. Когда мне было двенадцать лет, я провела лето в имении тети, монны Вейл. Оно расположено неподалеку от городка Соломенные Холмы.
Киран кивал, но при этом слегка хмурился, не понимая, к чему клонит столичная гостья.
– Меня представили другу семьи, целителю, который был частым гостем в доме.
К сожалению, не помню его имени. Возможно, память мне изменяет, но он поразительно похож на вас.
– Увы, изменяет, – усмехнулся Киран. – Едва ли бы меня приняли в доме вашей тети, да и в тех местах я никогда не бывал.
– Да, действительно, – задумчиво произнесла монна Райт. – Теперь я вижу, что вы значительно моложе. Простите, мне показалось, что мы знакомы.
Киран развел руками, мол, бывает.
– Не будем заставлять пациентов ждать! – Монна Райт бодро перевела разговор в деловое русло и первой выскользнула за дверь.
Мы с Кираном переглянулись и поняли друг друга без слов: «Принесла же нелегкая!»
Я боялась, что столичная гостья станет вслух обсуждать диагнозы, а то и менять назначения, но, удивительно, монне Райт хватило такта молча наблюдать за действиями мэтра Ланселота. За все время она не проронила ни слова, да и близко не совалась. Непроницаемое выражение лица не выдавало мыслей.
