Больно не будет

Выходит вперед, оставляя ее у себя за спиной, показывает на дверь и произносит еще раз:

— Пошел вон из моего дома.

В его глазах я вижу свое отражение и понимаю, что веду себя как полный мудак. Киваю, и со словами: «Извините», — направляюсь к выходу.

Катя спешит следом:

— Яр, пожалуйста, — она умоляюще сжимает ладони."

"— Или ты едешь сейчас со мной, или больше меня не увидишь, — говорю ей, обуваясь нарочито медленно. Завязываю шнурки на гребаных кедах. Она смотрит на меня с ужасом. Познакомился с родителями, ничего не скажешь.

Не надо было мне ехать сюда, Рус был прав. Я все испортил. Но давать заднюю слишком поздно. — Прощай, Катя, — говорю ей, разворачиваюсь и ухожу.

Сажусь в машину, сжимаю руль. Не поехала со мной. Видимо, чтобы никого не обидеть! Чтобы все сделать правильно. Меня тошнит от ее правильности.

А мне-то казалось, что все у нас отлично. Что двум людям, чтобы быть вместе, вполне хватит обоюдного согласия.

Глава 37

Катерина

Ярослав всегда был таким, совершенно не умеет ждать, ему нужно все и сразу.

На что я рассчитывала?

Я хочу броситься за ним, но отец стоит на пути.

— Я тебя никуда не пущу, — предупреждает он. — Катя, ты посмотри, он неадекватный. Убьет тебя, прихлопнет и не заметит. Психопат!

— Катя, пусть уходит, и слава Богу! Пусть навсегда уходит, — берет меня за руку мама. — Какой наглый и беспардонный! Приехал к нам домой, наорал на тебя. Если ты ему скажешь правду, он с тобой что-то сделает! Ты видела его глаза? Точно сделает!

— И папаша его отмажет, они все гады, я же говорил тебе, — отца потряхивает.

 — Чувствуют вседозволенность!

И они правы. Они оба полностью правы, ситуация разрешилась сама собой. Яр ушел теперь уже навсегда, я избавлена от разговора, которого так сильно боялась. От его реакции. От отвращения, которое, возможно, мелькнет в его глазах.

Я во всем призналась родителям сегодня утром. Как на духу выложила, что бегала в больницу к Ярику, потому что безумно в него влюбилась. Что он нашел меня после выписки и предложил общаться.

Какой я была счастливой, несмотря на полный раздрай! А потом этот подлый поступок Юры… и ощущение, что жизнь закончилась.

Мама жалела меня, мы даже вместе поплакали. Она сказала, что мужчины, особенно такие, как Ярослав, никогда не простят третьего в постели. Что лучше все закончить, не признаваясь. Счастья не будет. Никогда не забудет, попрекнет при случае.

Конец. Всему конец. После советов мамы мне окончательно расхотелось жить.

Но я видела боль.