Больно не будет

— Приятного аппетита, — произносит сквозь зубы. — Писец, как жрать хочется.

— Сейчас кто-то зайдет и навеки заклеймит меня стервой, — сообщаю я ему, не в состоянии сдержать смеха. На самом деле я очень голодна, не стала перекусывать дома. При нем, правда, кусок в горло не лезет, но пахнет аппетитно.

Он берет мою вилку, отрезает ребром четверть сырника, щедро макает в варенье и кладет на тарелку. Я беру столовый прибор и отправляю еду в рот.

— Очень вкусно, — говорю я.

— Запах — супер, — в доказательство делает глубокий вдох, блаженно закрывая глаза.

Мне остро хочется его вкусно кормить каждый день своей жизни.

Даже головой приходится встряхнуть, чтобы прогнать навязчивую фантазию в виде Ярослава на моей кухне.

— Сама готовила. Я потом тебе сколько угодно нажарю, когда можно будет. Если захочешь.

Он смотрит на меня как-то странно, но кивает продолжать.

Самое идиотское свидание в моей жизни.

Да нет же! Никакое это не свидание! В том, что мы проводим вместе пару часов в день, нет ничего такого. Должно быть, у него есть девушка.

Просто она его любит и жалеет, она ни за что не станет с энтузиазмом уплетать при нем твердую пищу, зная, что ему такое удовольствие светит не раньше, чем через месяц в лучшем случае.

Когда я убираю со стола, чувствую, что немного злюсь:

— Если тебе вздумается еще раз проверить мою совесть на прочность, то в следующий раз ты тоже должен есть. Хоть что-нибудь, хоть белковый коктейль тянуть через соломинку. Я себя, честно говоря, ужасно чувствую.

— Хочешь загладить вину? — перебивает Ярослав.

Он очень серьезен, от его прямого взгляда вдоль позвоночника ползет колючий холодок. Кажется, кто-то чувствует себя намного лучше, и кого-то тянет на приключения. Он смотрит на мою шею, затем ниже на грудь, резко возвращается к глазам. Такое впечатление, будто он опомнился и остановился. Он моргает. Мне становится ужасно не по себе, и между тем как-то… хорошо.

Хорошо, что он так на меня смотрит. Значит, операция точно прошла успешно. И между тем я впервые до конца осознаю, что он — мужчина, а я — женщина, между разнополыми людьми стандартной ориентации, конечно, бывает дружба.

Но это скорее исключение из правил.

— Как мне загладить вину, Ярослав? — слова звучат слишком покорно, слишком эротично. Его глаза темнеют, зрачки расширяются.

В этот момент дверь открывается и нас прерывает все тот же врач.

— Доброе утро, Ярослав, Катерина, — говорит он, подходя к нам. — А чем это так аппетитно пахнет? — окидывает взглядом палату.