Большая (маленькая) ложь в Академии магии (СИ)

— Я… Я не… Это не… Это не вопрос!

Диара смотрела на меня своими невероятными синими глазами, в которых можно было утонуть, позабыв обо всем на свете, и ждала ответа. Я же выжидал, чтобы не произнести, окончательное ее смущая: «Конечно, нет, милая. На вопрос можно ответить отказом, а вот на утверждение это сделать куда сложнее».

Но не дразнить Диару, глядя, как ее фарфоровая кожа окрашивается румянцем смущения, было выше моих сил.

— Пока я лишь говорю тебе, что только моя супруга будет иметь особую власть надо мной, Диара.

Я ловил каждый ее вздох, наслаждаясь нашей близостью — последствием небольшой… шалости.

Мои пальцы, словно невзначай дотронулись до шеи, вызывая на ее коже целый рой мурашек, отчего Диара прикусила губу, только усугубляя свое положение.

Нет, милая, я не дам тебе и шанса отказаться. Не позволю даже мысли такой допустить…

— Ноэль, ты… Ты играешь со мной!

Пальчики на моей рубашке сжались сильнее, а растерянность в синих глазах сменилась решительностью, вызывая только умиление.

Какой… воинственный котенок, так и хочется посмотреть на то, как она воинственно показывает коготочки… А потом заставить ее помурчать для меня.

— Играю, — кивнул я и тут же добавил. — Точнее, играл. В магические морские бои, помнишь? «Ранила»…

Губки Диары сложились в упрямый бантик, а бровки нахмурились.

— Ты… Я не об этом, Ноэль! — ее пальчик обвинительно ткнул меня в грудь. — Я не понимаю, что ты делаешь и зачем! Зачем этот поцелуй, зачем разговор про… леди Валанье? Которая не мама твоя, а… супруга.

При последних словах щеки Диары покраснели, но упрямого, чуточку обиженного, немного испуганного и одновременно с этим наполненного надеждой взгляда не отвела.

Интересно, она понимает, насколько хорошо я читаю ее настроения, а особенно последнюю эмоцию?..

Нет. Уверен, что нет.

Оттого я все никак не мог остановиться, продолжая и продолжая доводить мою маленькую девочку до горячего смущения.

Мои пальцы скользнули ниже, перехватывая ее за руку.

— А как ты думаешь, милая, зачем?

Не отводя взгляда, я коснулся губами ее запястья, а когда она вздрогнула, вновь не удержался и провел языком по нежной коже, отмечая, как порозовели щечки, и ускорился пульс.

— Тебе определенно нравится меня мучить… — с несчастным выражением на лице отозвалась она, даже не пытаясь вырваться.

Пришлось ее чуть-чуть поправить.

— Смущать. Не мучать, а смущать, — проговорил и вновь коснулся губами запястья, с удовольствием вслушиваясь в ее прерывистое дыхание.