Попробуйте-ка ответить на вопрос: «Зачем ты взял палку?» Как это зачем? Это же очевидно – я иду, вижу, что лежит палка, значит, ее надо непременно взять. Ребенок искренне не понимает, что мама хочет ему донести вместе с этим вопросом.
А как реагировать на замечание: «В прошлый раз ты тоже опоздал»? То есть ребенку говорят, что он не просто опоздал, но еще и опаздывал раньше. Или: «Ты снова собираешься опоздать в школу?» При этом ребенка еще пугают какими-то будущими наказаниями.
Очень важно, чтобы ребенку ставилась конкретная, легко выполнимая задача.
Детям надо давать понятную схему.
Чрезмерное разъяснение и оправдание просьбы
Чем опасен этот способ мотивации? Он уничтожает авторитет того, кто оправдывается и чрезмерно объясняет, почему это надо сделать. Например, в армии такое в принципе невозможно.
Если взрослый приводит слишком много доводов, чтобы доказать, почему нужно выполнить его просьбу, ребенок теряет всякий энтузиазм и желание что-то делать.
Допустим: «Если ты помоешь руки, я буду очень хорошо себя чувствовать и дам тебе конфетку.
Я же твоя мама, я должна о тебе заботиться, чтобы ты не заболел из-за микробов». Ребенок все объяснения просто пропустил мимо ушей.
Конечно, подробные пояснения иногда необходимы. Но пусть лучше они последуют после того, как ребенок уже что-то сделал.
В каком виде даются пояснения? В виде благодарности: «Спасибо, что ты это сделал, мне было очень приятно, для меня это было очень важно». Если же пояснения следуют до выполнения просьбы, то это уже манипуляция.
Излишние комментарии увеличивают чувство вины и неполноценности. До четырнадцати лет ребенок оценивает себя лишь со слов родителей.
Мужчина, кстати, тоже оценивает себя со слов жены. Как жена говорит про мужа, такой он и есть. Если она говорит, что он свинья, то он, скорей всего, захрюкает. И если у вас муж – свинья, то это ваш проект. Вы выбрали себе свинью, вы жена свиньи, и ребенок у вас свиненок.
Если ребенку слишком подробно все объяснять, он начинает напрягаться.
Я сам недавно попал в такую ситуацию – сын должен был отправиться на поезде в самостоятельную поездку. И я начал читать нотации: «Смотри, на остановках не выходи, делай то-то, не делай того-то». Сын на меня так глянул, что я вовремя остановился: «Стоп, извини, я был не прав». Ребенку шестнадцать лет, а я ему говорю: «На остановках не выходи».
Если мы чрезмерно разъясняем что-то ребенку, то подрываем свой авторитет и развиваем комплекс неполноценности.
