Большая (не)любовь в академии (СИ)

- Я похожа на идиотку? Астион, одумайся пока не поздно, - мой голос повысился на несколько октав. - Тебя же найдут! Найдут и посадят! До конца твоих дней. А драконы живут дольше людей. Значит, и гнить ты будешь гораздо дольше!

Я вжималась в стену и мысленно взывала к огневке, хотя понятия не имела, способна ли она снять с моих рук магические цепи. Но другого выхода из сложившейся ситуации пока не видела. Адепт был непробиваем.

- Изволь узнать, кто? Твоя ищейка? - злорадно хмыкнул мой похититель. - Он ни за что не свяжет меня ни с твоей смертью, ни со «слезой феникса».

Кишка у него тонка. Между прочим, я в курсе, что он интересовался мной. Но и в бюро у меня есть свои люди. Поэтому ему попала только та информация, что была угодна мне.

- Тебя сдадут твои же одногруппники, едва найдут мое тело.

- Смешно! Эти идиоты уже через пару часов не вспомнят, что делали сегодня вечером. А тебя найдут в собственной постели.

- Они под внушением, - еле слышно прошептала я, пропустив мимо ушей последнее высказывание.

- Умная девочка! Твои лекции и мои жалостливые излияния перед этими рохлями не прошли даром.

- Подонок! - закричала я, устав взывать к милосердию и разуму тупоголовой ящерицы.

- Мне понятны твои чувства, милашка Меган. Будь на твоем месте, я бы тоже сейчас злился. В тебе говорит не столько обида, сколько отчаяние.

- Это ты убил Финдинга и Кристенбери! - с полной уверенностью выпалила я.

- Ну уж нет! Нечего на меня всех собак вешать. Я никого не убивал. Пусть спрашивают с твоего женишка.

Явно его рук дело. Открывай рот! - с этими словами он зажал двумя пальцами мне нос, и я попыталась отпихнуть его от себя ногами. - Ну-ну... Что ты! Ничего не бойся. Это совсем не страшно, - он разговаривал со мной, будто няня с маленьким ребенком, пытался утешить. - Просто уснешь и не проснешься. Будет лишь чуточку больно, но боль быстро утихнет.

- Может, первым и попробуешь? - прогнусавила я, хватая ртом воздух, и с силой сжала челюсти.

Безопасник никак не отреагировал на колкость.

Дрожащей рукой он приставил бутылочку к моим губам, и между нами в тот же миг завязалась борьба. Я извивалась, интенсивно вертела головой, не позволяя яду проникнуть в рот. Противная вязкая жидкость текла по подбородку, но я умудрялась то и дело вытирать ее о мужскую рубашку. Астион же пытался то ухватить меня за затылок, то зажать мне нос, то разжать челюсти. Хотя ему всего-то требовалось бросить в меня заклинанием оцепенения. Но молодой мужчина, видимо, растерялся.