Недавно был случай, когда дочь политика была замечена в БДСМ клубе. Джулс Дар-Мортер помог замять это дело и не допустить распространения в прессе, но, разговаривая с этим политиком, он сказал, что, если его дочери нравится боль, у Джулса есть сын, который может ей все это обеспечить. На самом деле, эта девушка была своеобразной. Помимо всяких клубов она так же увлекалась запрещёнными веществами. Поэтому, по сути, ее отдавали Этьену на растерзание. Чтобы была хоть какая-то невеста. Или чтобы у Этьена хоть какое-то время были отношения.
Лучше, чтобы он учился на той девушке, которую не жаль.
В этом небольшом городе тот политик пока что прятал свою дочь и тут была назначена встреча с ней. Но, когда Этьен и Девять приехали сюда, некий мужчина на своем старом пикапе врезался в машину Дар-Мортера. Затем выскочил на улицу, начал кричать, трясти телефоном и требовать компенсацию за аварию, говоря, что в ином случае позвонит куда надо и Этьену наступит конец. То есть, хотел сбить денег.
Сейчас именно этот мужчина лежал на асфальте.
Весь в крови. Избитый. У Дар-Мортера давно не было такого, чтобы его кто-то прямо настолько сильно выводил из себя.
— Я перенесу встречу с ней, — с полным безразличием произнес Этьен.
Девять хотел что-то сказать, но не успел. В проулок кто-то вошел."
"Как оказалось, это была девушка. Невысокая. Одетая в немного потрепанную дутую куртку, джинсы и сапоги. На голове шапка, натянутая практически на глаза, но из-под нее торчало несколько прядей волнистых, темных волос.
Изначально было видно, что она просто хотела тут пройти. О чем-то задумавшись, одной рукой рылась в кармане куртки. Во второй держала бумажный пакет.
Но, пройдя уже часть проулка, она повернула голову и увидела парней. После этого опустила взгляд и, заметив избитого мужчину, вообще замерла. Из-за того, что воротник куртки закрывал большую часть лица, в основном были видны лишь глаза и в этот момент они широко раскрылись.
— Чёрт, — Девять выругался. Уже это было проблемой. До полиции им дела не было, но ещё не хватало, чтобы они вот таким травмировали психику какой-то мелкой девчонки.
Она, уже обеими руками сжав бумажный пакет, осторожно подошла к избитому мужчине. Шаг за шагом. Медленно. Было видно, что при этом ее пальцы дрожали.
— С этим человеком все хорошо, — сказал Девять очевидную ложь. — Тебе лучше уйти.
— Это мой отец, — на выдохе произнесла она, широко раскрытыми глазами всматриваясь в окровавленное лицо. Видя выбитые зубы, лежащие рядом.
