— И что он сказал? — подавшись вперед, я притянула к себе одеяло и обняла его, прижимая к груди.
— Твою мать он больше не тронет.
— Правда? То есть, этот вопрос вообще закрыт? — спросила на выдохе. Хоть Этьен ранее и говорил, что поможет решить эту ситуацию, но всё равно она меня грызла. Сильно. Так бывает, когда проблема не окончательно закрыта. Ты же не знаешь, как в итоге может получиться. А вдруг все окажется ещё хуже, чем ты думала?
Но сейчас, после слов Этьена у меня многое отхлынуло. Даже показалось, что мое тело стало легче.
— Не совсем, — Этьен перевел на меня взгляд. — Этот человек сказал, что все началось с твоего отца. Он занял денег. Когда же пришел срок отдавать долг, он навел стрелки на твою мать и свалил.
— М-м-м-м… — я поджала губы и вместе с этим прикусила кончик языка. Наверное, со стороны выглядела так, словно у меня лицо перекосило.
— Я решил не трогать это, пока не поговорю с тобой, — Дар-Мортер достал из шкафа футболку, штаны и боксеры. Отбросил их на кресло. — Так скажи, Бертье, что мне с этим делать?
Переводя взгляд в сторону двери, я выдохнула и спросила:
— Я правильно понимаю, что тот человек больше не тронет мою маму, но вот с моего отца спросит за долг?
— Да.
Он будет его искать. И найдет. Но и это легко решается. Я могу вместо твоего отца внести эти деньги.
— Нет, — ответила, не раздумывая ни мгновения. Так, что, наверное, это даже выглядело дико.
Вновь вплетая пальцы в волосы, я убрала их назад.
— Я очень благодарна тебе за помощь.
Ты даже не представляешь насколько, но пусть мой отец сам разбирается со своими проблемами.
— Уверена? — я ощутила то, что Этьен подошел ближе, в следующее мгновение пальцами поддевая мой подбородок и заставляя поднять голову. Посмотреть на него. — Понимаешь ли ты, что с ним будет, когда его найдут?
— Папу на органы продадут? — иронично спросила, но в груди достаточно сильно царапнуло.
— Не думаю, но что-то от него отрезать могут. Твой отец не только задолжал, но и опрокинул этого человека.
Считай, что ему будет конец.
Переведя взгляд, я посмотрела в глаза Дар-Мортера и именно так, без толики сожаления, произнесла:
— И пусть.
Ужасные слова. Наверное, за такие можно попасть в ад, но найти в себе что-то другое я не могла. В детстве были моменты, когда я все ещё любила своего папу. Даже несмотря на то, что он постоянно меня бил. Наивным детским взглядом, я считала, что просто делаю что-то не так, но я исправлюсь и папа меня тоже полюбит.
