— Злишься на меня из-за того, что я не отвечала? — отодвигая стул, я села на него. Пока что кафе вообще не работало. Слишком рано. Но для меня так даже лучше.
— Хочу понять, зачем ты это сделала, — я услышала то, что на заднем фоне хлопнула дверца. Словно Дар-Мортер вышел из машины и, будто что-то почувствовав я обернулась. Сбоку от меня находилась стеклянная стена и, через нее я увидела Этьена.
Он уже приехал и от осознания этого, я почему-то вздрогнула.
Дар-Мортер тоже меня заметил и, стоило нашим взглядам встретиться, как по коже скользнул озноб.
Словно в меня сотня раскаленных ножей вонзилась.
Но я поднялась со стула. Подошла к краю кафе. Этьен тоже сократил расстояние. Так, что между нами теперь была лишь эта стеклянная стена. А ощущалось все так, словно воздух полыхал.
Глава 61. Будет
Знала ли я, что рядом с Этьеном может быть страшно? Ещё как. Я ведь прекрасно осознавала, с кем начинала встречаться. По реакции и некоторым словам других людей, чувствовала, что он может быть намного хуже, чем я его видела.
Возможно, Дар-Мортер и был тем самым чудовищем, рядом с которым следовало следить за каждым своим движением и словом.
И сейчас смотря на Этьена, я улавливала ужас, иглами проходящий по сознанию. Чувство самосохранения с первых же секунд начало раздирать на части. От его взгляда и движений напряженного, громоздкого тела. Даже нашего зрительного контакта, от которого душу изувечивало в клочья и я чувствовала соприкосновение с чем-то похуже ада.
Глубокий вдох."
"Но, с другой стороны я уже не могла смотреть на Этьена иначе, как на парня, с которым хочу провести всю жизнь.
С ним трудно? Со мной тоже. Только Дар-Мортер помог мне справиться с многими моими страхами, а я пока что не успела затронуть его боль. Или, вернее, соприкоснуться с его яростью. Той, которая иногда была неконтролируемой. Хуже, чем сама смерть.
— Так ты злишься на меня? — спросила, сильнее сжимая телефон.
— Нет, Бертье. Хуже, — даже его голос стальными цепями обвивал тело. Острыми шипами вонзался в кожу и проходил насквозь.
— Насколько?
— Выйди ко мне и узнаешь, — это не было угрозой. По факту озвученным приговором.
— Хочешь сделать мне больно? — еле заметно наклонив голову набок, я задержала дыхание. А по сознанию ещё сильнее проходила паника. — Хорошо. Я выйду к тебе. Делай, что хочешь.
Убрав телефон от уха, я нажала на красный значок, после чего пошла к выходу из кофейни, но, когда я подошла к отделу с выпечкой, Девять перехватил меня. Взял за запястье.
