А затем, сделав лишь несколько шагов, вернулась и забрала картонные стаканчик и коробочку. Да пошло все к чёрту. Нервы шалили. Я нуждалась в кофе и в сыре.
— Забери свои вещи из моей комнаты, — сказала, отпивая кофе. Поясницей прислоняясь к перилам и открывая коробочку с булочками. — Иначе я покидаю их в пакеты и выставлю рядом с общежитием.
— Ну, попробуй, — Дар-Мортер поднялся на ноги и подошел ко мне. Медленно. Лениво. Но, в итоге, остановившись так, что между нами даже толком расстояния не осталось.
Мне пришлось высоко поднять голову, чтобы посмотреть ему в лицо.
— Думаешь, что я этого не сделаю? — спросила, откусывая от булочки. Прежде чем продолжить, я зажмурилась. Наслаждение от сыра было таковым, что даже дыхание перехватывало. Насколько же вкусно.
— Они тебе так нравятся?
Услышав этот вопрос, я открыла глаза. Вновь высоко подняла голову. И, смотря на лицо Этьена только сейчас заметила на его скуле небольшой шрам. Очень блеклый. Возможно, оставленный ещё в детстве.
— Да, они вкусные, — я облизнула губы. — Так ты заберешь свои вещи?
— Нет.
Я нахмурилась. Значит, потом будет собирать одежду и учебники около общежития.
Поднося стаканчик с кофе, я хотела сделать глоток, но вздрогнула и замерла в тот момент, когда Дар-Мортер вплел пальцы в мои волосы. Я ведь постоянно расчесывалась и ранее вообще не представляла, что прикосновение к моим волосам может вызывать такую реакцию. Было немного щекотно, но лишь первое мгновение. Затем его пожирало нечто будоражащее.
То, что дрожью рассыпалось по телу.
— Ты так и не рассказала о том, что с тобой сделали, — Этьен стоял настолько близко, что его кеды, соприкасались с моими сапожками. А я и так не могла отойти от тех ощущений, которые расплывались по телу, от прикосновений к моим волосам.
— Я до сих пор не понимаю, зачем тебе это нужно, — ответила, поднося к губам стаканчик с кофе. Стараясь делать вид, что на меня все это ни капли не влияло. — Даже мне не особо хочется вспоминать.
Не потому, что тяжело. Мне уже все равно.
— Мы договаривались, Бертье, — его пальцы, перебирая пряди, некоторые из них убрали мне за ухо.
Договаривались. А ведь и правда.
Я, конечно, могла бы все равно отказаться что-либо рассказывать, но раз Этьен пошел мне на встречу и ответил на мои вопросы, я ценила условия сделки.
— Они избили меня в туалете, — произнесла, откусывая от булочки. — Я сопротивлялась и вырвала Лисет клок волос.
