Будучи прижатой спиной к торсу Этьена, завела руки назад и судорожно попыталась подтянуть штаны, ведь, из-за того, что Дар-Мортер так их держал, я ощущала, что попа была немного видна и горячие костяшки пальцев Этьена, касались обнажившейся кожи немного ниже талии.
— Значит, тряпки мне на пол кинула? Молодец, Бертье, — наши щеки соприкоснулись и его щетина царапнула кожу. — Такого для меня ещё никто не делал.
Будучи прижатой к его телу, я ощутила исходящее от Этьена напряжение. Словно что-то щелкало и мне почему-то казалось, что он еле себя сдерживал.
Да что с ним вообще происходило?
— Я не понимаю, что тебе не нравится, — потеряв надежду поправить штаны, я попыталась ударить Дар-Мортера локтем. — Ты сам виноват. Нечего было говорить моей маме о том, что я у тебя ночевала. Так я бы могла постелить тебе на диване.
Его пальцы коснулись моих волос. Далеко не так, как обычно, а затем вовсе сжали пряди.
— Значит, где угодно, но не рядом с тобой? Скажи, Бертье, что же мне делать с твоим таким особенным отношением?
— Я не…
Вновь практически касаясь своими губами моего уха, он, обжигая кожу горячим дыханием, произнес:
— Ещё раз кинешь мне тряпки на пол и у нас уже будет другой разговор.
Думай о том, что делаешь и о том, что говоришь мне, — голос Этьена был не просто тяжелым. Он раскаленным металлом прошел по нервам.
Но после этого Дар-Мортер отпустил меня, а я, будучи напряженной, равновесия не удержала и упала на кровать. Правда, почти сразу сползла с нее и быстро отошла в противоположную сторону комнаты.
Вернее, отбежала к ней.
— Не кажется ли тебе, что ты слишком ненормально реагируешь? — спросила, спиной прислоняясь к стене и наконец-то поправляя свои штаны. — Возможность постелить на диване, ты сам оборвал, а спать на одной кровати мы не можем. И то, что ты назвал тряпками, это мои единственные плед и одеяло. Я тебе их отдала. Поделилась с тобой своими вещами.
Этьен на эти мои слова никак не отреагировал. Словно ему вообще было глубоко плевать на них.
Он взглядом окинул комнату. Внимательным. Медленным. Скользнул им по моему письменному столу, нескольким мягким игрушкам, книжному шкафу и футляру со скрипкой. Затем посмотрел на кровать. Недолго. Почти сразу перевел взгляд на меня.
— Пошли, Бертье. Покажешь мне, где ванная.
— Она в конце коридора. Белая дверь.
Этьен посмотрел на меня так, что я, чувствуя едкое покалывание на коже, выдохнула и сказала:
— Ладно. Пошли.
Я первая покинула спальню.
