Больше не игрушка

Нет, я его понимаю, только ничего не могу с собой поделать. Видимо, комплексы во мне засели намного глубже, чем я думала, и избавиться от них не так-то просто. Но и сдаваться я не собираюсь, за своё семейное счастье я буду сражаться."

"На ходу снимая с себя вещи, бросая их на пол, я пошла следом за мужем. Дверь оказалась не заперта. Прошмыгнув в отделанное голубой кафельной плиткой помещение, я остановилась, через запотевшее стекло душевой кабинки любуясь обнажённым супругом. Уперевшись в стену ладонями и опустив голову, он стоял ко мне спиной, позволяя взгляду беспрепятственно скользить по широкой спине, подтянутым ягодицам, ямочками над ними и длинным ногам с чётким рельефом мускулатуры.

Божественно красив! У меня от этого зрелища низ живота свело сладостной судорогой, а в трусиках стало горячо и влажно. Решительно стянув с себя нижнее бельё, я распахнула стеклянную дверь и, перешагнув через бортик, прижалась к супругу, обвивая его талию руками. Он напрягся, но так и не повернулся, ожидая, что я буду делать дальше.

– Алекс, я хочу тебя, правда, только... У меня не получается расслабиться, понимаешь? Тело само наливается тяжестью и сжимается. Я не знаю, как с этим бороться... – прошептала, потеревшись носом между лопаток.

Расцепив мои руки, он развернулся и, обняв, привлёк меня к себе, пробубнив в макушку:

– Прости, я об этом не подумал. Сашуль, а давай вместе искоренять твои комплексы? Только доверься мне.

Подняв голову, я провела ладонью по атласной коже мощной груди и, посмотрев в сверкающие расплавленным серебром глаза, кивнула.

– Лишь тебе я и доверяю...

Обхватив пальцами мой затылок, он склонился, накрывая мои губы требовательным поцелуем. Прильнув к нему всем телом, я приоткрыла рот, впуская настойчивый язык и, привстав на цыпочки, обняла мужа за шею, притягивая его к себе. Рыкнув, он прошёлся ладонями по моей спине и, смяв ягодицы, резко дёрнул вверх. Шагнув вперёд, прижал меня к холодному стеклу. Обвив его талию ногами, поёрзала, потеревшись влажными лепестками о напряжённый орган.

Сдавив мои бёдра сильнее и разорвав поцелуй, Алекс выдохнул:

– Сашенька моя...

Острый, затвердевший до покалывания, изнывающий сосок попал в плен горячих губ. Лаская его языком и мягко вонзая зубы в нежную плоть, супруг толкнулся, скользнув каменным членом по набухшим складочкам, принося волну удовольствия, пробившую тело, покрывая его мурашками и тут... Я застыла и, вновь стискивая кулаки, закусила губу.