Большие дела

Дядя мне так и сказал, практически слово в слово. Но я от себя добавила бы, что не следует на Абрама слепо полагаться. Все мы люди, да?

— Ты знаешь что-то такое, что следовало бы и мне брать в расчёт?

— Ничего конкретного. Просто не забывай, что стопроцентно верить ты можешь только себе.

— И мне, — хмыкает она. — Мне особенно.

Хм… Что это, сигнал предупреждения или просто теоретические рассуждения? Хм-хм-хм…

Мы выходим из ресторана в хорошем настроении, если не брать во внимание мысли, которые крутятся в голове независимо от того, насколько благостным кажется вечер.

Идём к машине, стоящей в ста метрах. Паша двигает за нами, всё честь по чести.

— Он всегда рядом с тобой? — кивает Айгюль в его сторону. — Я так и ревновать начну.

— Не стоит, у нас с ним отношения иного характера, — усмехаюсь я. — Товарищеские.

— Я хочу с ним познакомиться, — заявляет она и останавливается.

— Павел, — представляется Паша, который, разумеется, всё слышит.

Она протягивает руку для пожатия, и Паша её пожимает, но сказать больше никто ничего не успевает. Пространство озаряется синими всполохами, а тишина оказывается разорванной резкими вскриками милицейской сирены.

К нам подлетает милицейский «Пазик» и жигули, а ещё «зилок» автозак с надписью «Спецмедслужба». Из машин выскакивает толпа ментов и в один миг окружает нас плотным кольцом. Они хватают нас под белы рученьки и заталкивают в автозак.

Да, всё так, сковывают, запихивают, лишают свободы.

Опять двадцать пять. Ну, и кто же на этот раз? Кроме Анжелы с Арсением ничего в голову не приходит. Но это, конечно, шутка, попытка подбодрить самого себя. Ну, а раз бред, то вполне может оказаться правдой, поскольку всё что практически невероятно, как раз и происходит в моей жизни.

Нас привозят в явно казённый дом, холодный, сырой и с мерзким подвальным запахом, смешанным с запахом хлорки. Мне заламывают руки, тащат по коридору и вталкивают в выложенное кафелем помещение, похожее на прозекторскую.

Правда, в отличие от прозекторской, здесь стоят койки с железными сетками.

Маленькое окно под потолком забрано решёткой. Интересно, что это, дурка или вытрезвитель? Впрочем, это не так важно. Гораздо более важный вопрос — это зачем я здесь. И кто мой дерзкий похититель.

Ждать приходится недолго и вскоре этот вопрос выясняется. У меня появляется посетитель.