Большие люди

 — Эти бумажки, проблемы, склоки, дрязги… бабы! Хочу посмотреть хоть на что-то приятное. На банку глушителя. Или на задний редуктор. Или на картер. Там все просто и понятно.

— И чтоб масло или тосол в лицо капали?

— Угу, — совершенно не к месту мечтательно.

— Пиджак снимай, — усмехается Гребенников. — Я там тебе в багажнике спецуху приготовил. На твой размерчик. Не в костюме же тебе в яму лезть.

— Хоть ты меня, Валерий Павлович, понимаешь… — вздыхает Гриша.

— Да как не понять, — невозмутимо отвечает водитель.

 — Бабы и бумаги кого хочешь до цугундера доведут.

__________________

Новость ""Батька приехал"" стремительным колобком прокатилась по сервису. И к тому моменту, когда Григорий, сменивший пиджак на спецовку, вошел в здание автомастерской, его уже встречали.

— Григорий Сергеевич! Вот сюрприз так сюрприз!

— Здравствуй, Леонид.

— Мое почтение! Не побрезгуйте локоть пожать, а то руки в масле…

— А ты все сам, как я погляжу, — Григорий хлопает по плечу старшего механика.

 — Леня, когда смену себе будешь готовить? Сколько раз тебе говорить — учи молодежь, передавай опыт. А то ручкой мне сделаешь — и с кем я останусь?

— Не бойтесь, Григорий Сергеевич, — смеется Леонид. — Куда я денусь от вас? Пойдемте лучше, штуку одну интересную покажу. Только шагайте тут аккуратнее, а то туфли испачкаете. Здесь у нас не офис.

____________________

— Первый раз такой вижу…

— Во! А я тебе о чем говорю, Сергеич! Вот же японцы хитромудрые.

Погоди, я сейчас откручу вот тут…

— Угу…

— Ты не угукай, а под руку мне не вставай!

— Так не видно же ничего.

— Пока нечего смотреть, — автомеханик споро орудует ключом на пятнадцать. — А вот если у меня рука сорвется… то ты пары зубов не досчитаешься.

Григорий усмехается и делает пару шагов назад.

— Смейся, смейся… — Леонид до автоматизма отработанными движениями откручивает гайку. — А был такой случай на прошлой неделе…

Григорий уже не усмехается — просто смеется.

Как же здесь хорошо. Эта мастерская — его личный антидепрессант.

___________________

— Ну, давай же ты, пошевеливайся!

У Люси начинается дергаться висок. Все сегодня не так, с самого утра.

— Ну что вы кричите на ребенка, — не выдерживает она. — Лучше помогите. Вы же знаете, что у него крупная моторика… хромает.

— У него все хромает! Что теперь, всю жизнь его раздевать!

Нет, вот она так и не научилась на такое спокойно смотреть.