Большие люди

— Тьфу на тебя! Кто про что, а вшивый про баню! Я вообще… не это имел в виду!

— Да шучу я, понял, что не это, — Гошка улыбается и обнимает его за плечи. — Но не понял, что именно ты имел в виду. Ну? В чем проблема, Большой Брат? Поведай мне, как эксперту.

Грише хочется послать младшего подальше, но вместо этого отчего-то выдыхает сквозь зубы одно-единственное имя.

— О чем ты? — младший изумлен. — Лариса-то тут причем?

— А то ты не знаешь! — Гриша устал и раздражен.

— Знаю. Все знают. Но… брат мой… Неужели выбор для тебя не очевиден? Господи, Гришка! Ну как их можно сравнивать?! Ты что, слепой?!

— Не слепой.

— Что — ""но""? Говори Ларисе ""адью"" и срочно хватай Люсю! Гришка, я тебя не узнаю! Откуда эта нерешительность?

— Это не нерешительность.

— А что тогда?

— Это ж*па.

— Может быть, ты уже прекратишь изъясняться загадками, Григорий Сергеевич? И изволишь объяснить внятно?! — Гоша говорит уже на повышенных тонах.

— Я не могу сказать Ларисе, как ты выразился, ""адью"".

— Почему?! — и, ужаснувшись внезапной догадке: — Только не говори мне, что она беременна от тебя!

Гриша хватается за голову.

— Жорка, ты откуда эти идеи бредовые берешь? Я что, по-твоему, совсем полный тупица?!

Младший шумно и облегченно выдыхает.

— Да я уже и не знаю, что думать. Ну? Чем тебя Лариса тогда держит? И за что?

— Известно, за что, — Гриша повернул голову и мрачно посмотрел на брата. — За самое нежное и чувствительное место.

— Гриш, я не понимаю… — растерянно.

— Да все ты понимаешь, — Григорий раздраженно морщится. — Гош, она наш глав. бух. Она знает про нас все. Все, ты помнишь? И про все наши махинации с налогами, и про черный нал, и про… Про все. И если она нас решит сдать куда положено… То как бы шутка про судимость не перестала быть шуткой.

Георгий соображает быстро.

— Она тебе угрожает? Шантажирует?

— Ох… как будто ты не знаешь, как такие разговоры ведутся, — Гриша устало ерошит волосы. — Я попробовал… поговорить с ней.

Георгий молчит долго. И чем больше он молчит и думает, тем больше понимает в деталях то, о чем кратко и скупо рассказал брат.

— Слушай, Гриш… Это никуда не годится! — произносит он решительно.