– Не поверишь, она досталась Эзре Ходжу! Ты не видела его рожу в этот момент… Обалдеть же!
– Что? – Я испуганно оглянулась через плечо, отчего-то мигом подумав, что в академии появился Рэнсвод. Даже в жар бросило.
– Думаешь, жабу прислал он, проклятый Эзра Ходж? – охнула она. – Как раз в его духе.
– Тебе сочинять бы романы, – покачала я головой.
– Сочинять романы мне не позволят мудрые предки Сатти. – Альма указала пальцем с двумя колечками в потолок, дескать, сверху за ней приглядывают. – Они не одобряют это ваше творчество.
– На турнирную магию тебя благословили они? – неожиданно в наш разговор вклинился Финист.
В большом недоумении мы обе повернули головы и обнаружили, что он сидел рядом, подперев щеку кулаком, и с интересом слушал девичий треп.
– Давно подслушиваешь? – полюбопытствовала я.
– Услышал почти все. – Его глаза смеялись. – Привет, моя Лунная Дева. Я тебя искал.
Он аккуратно пристроил на стол новогоднюю игрушку: гроздь алых слюдяных сердечек на тонкой золотой нити.
– Что это?
– Подарок, – с улыбкой кивнул он.
– Я считала, что Тайный Чародей открыто подарки не дарит.
– Сегодня этот сюрприз мне принесли замковые духи, – подсказал Финист, как-то разом объясняя, что он вовсе не надумал никого одаривать, а просто пришел похвастаться игрушкой.
– Милая вещица, – хмыкнула я.
И практичная. Один раз подарили, а на новогоднее дерево можно вешать лет десять. Пока сердечки не переломаются.
– Говорят, замковые духи всегда учитывают желания дарителя. – Он многозначительно поиграл бровями.
"
"– Предками клянусь, что не думала об Эзре Ходже, когда подложила свинью в сундук! – немедленно заявила Альма, хотя никто ни на что не намекал.
История о свинье Финиста не заинтересовала, и он с хитрецой вопросил:
– Так что, умница, я отгадал? Ты моя Лунная Дева.
– Кхм… – многозначительно промычала я, не придумав, как лучше ответить.
– Конечно, она! – вклинилась подруга, когда стало ясно, что пауза затягивается, я постепенно начинаю краснеть в цвет слюдяных сердечек, и разговор, вполне вероятно, закончится страшной неловкостью.
Финист блеснул белозубой улыбкой, в светлых глазах плясали химеровы бесята.
– Так и знал!
Неожиданно он нагнулся и, пока я хлопала глазами, прижался влажными горячими губами к моим приоткрытым. Я перестала дышать и вытаращилась как дура. В столовой наступила тишина. Альма поперхнулась.
– Спасибо за подарок, – прошептал он.
– Ага, пожалуйста, – ошарашенно кивнула я. Губы горели, как от жгучего перца.
