Я вовсе не ленивая, отнюдь! Но в последний раз лапша слиплась комом и пришлось ее резать ножом на куски, а хороший праздник куском лапшичной каши не отмечают.
В едальных рядах оказалось многолюдно – не протолкнуться. Сидя на высоких складных стульях у открытых прилавков-кухонек, горожане с удовольствием угощались традиционными закусками и теплым медовым хмелем, обязательным напитком в День схождения.
По длинному ряду, украшенному алыми флажками-треугольниками, я направилась к своей любимой закусочной. Хозяйка готовила замечательные острые овощи и мясо, маринованное в бобовом соусе.
Пока она собирала заказ в деревянные ящички с выдвижной крышкой, я оглядывалась вокруг.
Неожиданно взгляд остановился на знакомой фигуре. Помощник Дрю выбирал крошечные медовые коврижки с грецким орехом. В народе их называли лунными пирожками.
– Господин Дрю! – позвала я. – Вы тоже здесь?
Он без преувеличений вздрогнул, словно его застали за дурным делом, и, нервно улыбнувшись, взмахнул рукой.
– Держи, девушка.
Тетушка-стряпуха передала связанные бечевкой ящички, полные всевозможной праздничной снеди: понемногу всего.
Пока я расплачивалась, Дрю исчез. Ненадолго, правда. Он нашелся на входе, в толпе галдящих зевак, следивших за рыночным фокусником. Стоило направиться к выходу, как он двинулся следом.
Делая вид, будто не замечаю не особенно ловкого соглядатая, я забралась в наемный экипаж и с беспокойством проверила площадь через маленькое окошко в задней стенке. Дрю поспешно забирался в карету. Нехорошее чувство внутри окрепло.
Я поспешно встала коленями на сиденье и, отодвинув заслонку, попросила извозчика:
– Господин, не надо в Стрэйн-Лейн. Поедем к Академии общей магии.
Меня вновь вернули к академии. Выбравшись на мостовую, с самым деловым видом я зашагала на территорию и быстро оглянулась через плечо. Экипаж с бывшим помощником Рэнсвода прогрохотал мимо ворот и устремился вверх по улице.
– Подождите! – закричала я своему извозчику, практически отъехавшему от пустой пешеходной мостовой.
Он действительно остановил лошадку, по всей вероятности, посчитав, будто пассажирка что-то забыла в салоне. Размахивая ящичками, я проскакала по подтаявшей брусчатке и объявила с идиотской улыбкой:
– А теперь можно и в Стрэйн-Лейн!
Полагаю, он решил, что нарвался на совершеннейшую дурочку, но довезти не отказался. В конце концов, две оплаченные поездки по-всякому лучше, чем одна.
Дом отозвался знакомой тишиной. В окна пустой гостиной струился солнечный свет.
