На подушке в цветочек лежало что-то маленькое, желтое и… в перьях. Я подскочила к кровати и двумя пальцами подняла задушенную канарейку. Еще днем эта милая птица чирикала в комнате у комендантши мадам Фалко.
– Дуся, опять?!
Кошка спрыгнула на пол и принялась тереться о ноги, дескать, прости, подруга, зов помоечных предков затмил разум. В третий раз."
"Когда пару лет назад я подобрала на улице дрожащего найденыша, жрущего даже хлебные корки, думала, что он станет источником радости – не жалко доплатить за содержание питомца в общежитии.
Но что-то пошло не по плану… Сначала мальчик оказался девочкой, а когда эта девочка окрепла, выяснилось, что характер у нее примерно как у Рэнсвода, вразумляющего неразумных студентов. Окажись эта парочка демонов в одном доме, точно сживутся!
– Фалко нас выставит! – простонала я. – Прямо сейчас возьмет и выставит!
Раздался тревожный стук в дверь, и пронзительный голос комендантши проник в комнату:
– Грандэ, немедленно открой! Я видела, как ты поднималась по лестнице.
Божественный слепец, почему ты решил оставить меня бездомной с такой умопомрачительной скоростью? Морально не дал настроиться.
В панике я глянула на приотворенную оконную створку, но избавиться от птичьего трупа уже не успевала. Пришлось сунуть умертвленное создание в карман пальто и открыть.
Мадам, высокая и худая, с туго стянутыми в идеальный пучок седыми волосами, едва не взрывалась от гнева.
– Твоя кошка сегодня своровала мою канарейку! – рявкнула она, потрясая тяжелой звенящей связкой ключей.
– У нас был уговор, что ты не выпускаешь это животное из комнаты!
На вопли Фалко никто из соседей не выглянул. Все предпочитали пережидать шторм в безопасности, чтобы, не дай божественный слепец, случайно не задело.
– И я строго соблюдаю ваше требование, – с жаром закивала я.
– У тебя открыто окно! – Она даже на цыпочки встала и ткнула длинным ключом куда-то поверх моего плеча.
– Вы же сами сказали проветривать, раз очень душно. – Изображая дурочку, я пару раз моргнула.
С приходом осени и до самого мая мадам отчаянно мерзла, а женское крыло общежития издыхало от духоты.
Теплые жилы в стенах нагревали до такого состояния, что камни становились горячими. Не помогали ни жалобы, ни просьбы убавить жар, на все был один ответ: проветривайте.
– И потом, почему вы обвиняете именно мою кошку? – нахально спросила я, начиная догадываться, что Дусе повезло не попасться с поличным и мадам решила просто надавить.
– Других в этом общежитии нет.
