Бомба за пазухой

Теперь нужно перевязать, туго перевязать грудь раненому и срочно доставить его в госпиталь. Нина, она же санитаркой работает в госпитале, она же понимает, что надо делать. И женщина поняла. Пыльная ряса — это не то, что нужно. Она быстро задрала на себе юбку, проделала финкой Зыкова отверстие в сорочке, а потом оторвала полосу ткани. Снова прокол, и еще полоса. Не стыдясь, работая механически, женщина сделала несколько полос, оставаясь только в одних трусах. Подав повязки Алексею, она быстро опустила подол юбки.

Посадив старика, глядя на его бледное лицо, лейтенант думал, что надо очень спешить.

Он стал полосами от сорочки туго бинтовать грудь монаха. Заканчивалась полоса, он привязывал к ней новую и продолжал обматывать. Оглянувшись, понял, что Гараева нет поблизости. Значит, придется действовать самому. Он посмотрел в лицо Нины и заговорил, старясь произносить каждое слово убедительно и веско:

— Я сейчас возьму его на руки и понесу в сторону города. Вы возьмете мой автомат и будете идти рядом. Когда я устану, вы поможете мне осторожно положить его.

Если появится какая-то машина или телега, вы выйдете и остановите ее. Даже если вам придется угрожать автоматом, вы выйдете и остановите. Поняли? Вы можете спасти ему жизнь!

Нина только кивала, глядя в глаза этому незнакомому старшему лейтенанту. Но она почему-то ему верила, верила каждому его слову. Она послушно взяла автомат и прижала его к груди, как самую большую драгоценность. Алексей опустился на одно колено и, взяв раненого под спину и под колени, встал.

Монах не был особенно тяжелым, но нести придется долго и далеко. Если не повезет, конечно.

Под гору идти было, конечно, легче, но Зыков боялся торопиться, чтобы не споткнуться и не упасть вместе с раненым. Он шел уже минут десять, чувствуя, что руки у него буквально отваливаются. Еще немного! Нет, хватит. Алексей остановился и позвал Нину: «Помоги!» Они вдвоем опустили старика на траву, и Алексей принялся ходить вокруг, разминая руки, снимая напряжение. Он прикинул расстояние.

Наверное, около километра прошел. А до дороги не меньше десяти. Но беда в том, что уставать он будет с каждым разом все быстрее и быстрее. Значит, и расстояние, пройденное между остановками на отдых, будет все меньше и меньше.

Он снова поднял монаха на руки и пошел. Нина семенила то рядом, то забегала вперед, вовремя предупреждая о больших камнях на пути, о промоинах, куда могла угодить нога. Алексей шел и старался отгонять мысли о своих руках, об усталости.