Бородатая женщина желает познакомиться

Не померещилась ли мне эта встреча? Уж больно странно вела себя моя нанимательница, и больно уж неожиданно она испарилась…

Но нет, на столике передо мной стояла чашка с остатками недопитого кофе и следами темной помады на краешке – точно такой помадой были подкрашены узкие губы Нелли…

Так или иначе, эта работа решит мои жилищные проблемы, точнее – отсрочит их на две недели. Конечно, две недели – это немного, но в моем положении выбирать не приходится.

Я поднялась и отправилась на пятую линию – знакомиться с догом Бонни, в чьем обществе мне придется провести ближайшее время, и с его хозяином Борисом Алексеевичем.

Окраины города Владимира ничем не отличаются от таких же спальных районов в других городах бывшего Советского Союза.

На скамейке возле подъезда типового пятиэтажного дома, из тех, которые обессмертили имя Никиты Сергеевича Хрущева, сидели две бдительные пенсионерки.

– Смотри, Анна Васильевна, машина зеленая приехала, – проговорила одна из них, поджав губы. – Это не иначе к Лизавете из седьмой опять тот усатый…

– Он самый, Марья Васильевна! – подхватила вторая. – До чего же некоторые люди бессовестные стали! Надо мужу ее срочно сигнализировать…

– Непременно надо, Анна Васильевна!"

"Внимательно следя за представительным брюнетом, который подошел к подъезду и, нажав кнопку домофона, вошел внутрь, они удивительным образом не заметили высокую пожилую женщину в невзрачной темно-серой куртке, которая проскользнула вслед за ним.

Брюнет вошел в квартиру на втором этаже, где его ждала пышная блондинка в розовом пеньюаре.

Пожилая женщина немного переждала, поднялась на третий этаж и позвонила в дверь.

– Кто там? – раздался за дверью раздраженный женский голос.

– К Ланским я! – отозвалась посетительница безобидным провинциальным голосом.

Дверь открылась. На пороге стояла молодая, начинающая полнеть женщина лет тридцати в темно-синем спортивном костюме. Смерив гостью подозрительным взглядом, она спросила:

– Это к кому конкретно? И по какому конкретно поводу?

– К Ивану Алексеевичу, – скромно проговорила та. – Можно его?

– Нельзя! – Хозяйка вызверилась на гостью и попыталась закрыть дверь.