Босиком по осколкам (СИ)

И не нужно на меня так смотреть, словно знаешь обо мне все, Кирилл.

— Поверю на слово, — улыбается, а затем притягивает меня к себе.

— Так, — бью по его руке, — мы договорились об одной встрече, лапать меня не надо, ясно?

— Как скажешь, — тут же поднимает руки вверх, демонстрируя согласие, от чего я на секунду начинаю испытывать к нему толику уважение.

Все же не каждый способен соблюдать чужие личные границы.

Глава 7

Аида Самойлова

Я ощущаю, как спину прожигают пораженные девичьи взгляды.

Никто не может поверить, что такой парень, как Кирилл, может пойти на свидание с такой оборванкой, как я. На секунду становится стыдно за свой непрезентабельный вид, но затем я гордо задираю подбородок и расправляю плечи. Это совершенно неважно. Будь я по-настоящему интересна парню, его это остановить не должно. Более чем уверена, что со стороны Соловьева всё происходящее — очередная блажь, он желает погладить по шерстке свое эго, так что стоит просто отвадить его от себя. И на этом всё закончится.

— Ты опоздала, Самойлова, — ухмыляется парень, но я игнорирую, не считая нужным оправдываться.

И тут мой взгляд падает на мотоцикл.

— Ты разве не выиграл Харли Дэвидсон? Я думала, парни сразу же садятся на свои новые игрушки, — усмехнулась, с интересом разглядывая его байк.

— Я консервативен. Не изменяю своей Лизе, — последовал его ответ, а затем рукой он погладил бока мотоцикла."

"Я переложила букет так, чтобы он лежал на руках, тот ощутимо своим весом тянул их вниз, хотя аромат приятно щекотал ноздри.

Единственное, что примиряло меня с нежеланным спутником.

— Ты называешь свой байк Лизой? Я думала, байкеры дают своим мотоциклам какие-то мощные имена. Ну знаешь, типа Цербер, Зверь, не знаю… Лютый, — прищурилась, стараясь вспомнить все прозвища, которые слышала от парней в школе.

Всегда поражалась этой мужской привычке — называть свои тачки и байки именами, словно они одушевленные.

— Ты где набралась слов таких, — фыркнул в ответ на мои слова Кирилл, а затем привстал, крутанул ключи на пальцах и кивнул на кофейню.

 — Идем, кофе остынет.

Лихо он тему свернул. Она ему явно была неприятна, либо со мной лично он ее обсуждать не желал.

Кирилл не пытался снова распускать руки, больше не тянулся к моей талии, так что внутрь заведения мы зашли рядом, но при этом порознь. Девчонки, стоявшие у порога, еще сильнее зашушукались, раздавались даже смешки.